Японская война 1904. Книга 6

— Неужели ты умнее, чем кажешься на первый взгляд? — англичанин усмехнулся и рванул платье дальше.

— Люблю силу, она как бриллиант, но, чтобы оттенить красоту настоящего камня, рядом же нужна правильная оправа? — Казуэ сама скинула остатки одежды и сделала шаг к окну.

Пусть ее будет видно с улицы, но лучи солнца должны красиво играть на коже. Если Смит заинтересуется, то это может развязать ей руки. Пусть хотя бы немного.

— Я слышал, у вас есть девушки, которые всю жизнь учатся доставлять удовольствие мужчинам.

— Они — дуры, — Казуэ чувствовала, что сейчас ей нужна не лесть.

Смиту плевать на ее мнение. Но ему точно нравилось унижение других, признание его правоты, и Казуэ играла на этих струнах. — Считают, будто мужчинам нравится, когда их слушают, когда их окружают красивые традиции, которые на самом деле только сдерживают их настоящую силу. Впрочем, есть и другие, правильные… Например, традиция служить своему мужчине была в чести еще во времена Вильгельма Завоевателя.

Покачивая бедрами, девушка дошла до стоящей на столе бутылки шампанского. Наполнила один бокал, второй.

— Я поправлю пудру? — между делом спросила она. — Слуга идеального господина должна быть идеальна.

— Поправь, — Смит еще был увлечен игрой, но…

Он уже явно терял интерес, да и, несмотря ни на что, продолжал держать ситуацию под контролем. Сам расслабленный, но, чтобы выхватить револьвер с пояса, у него уйдет меньше секунды. Казуэ продолжала играть телом, пока шла к зеркалу, пока поправляла осирои на щеках — часть просыпалась в правый бокал… Она бросила быстрый взгляд на Смита, но тот не обратил внимания.

Подойдя к англичанину, девушка протянула ему бокал — глоток. Потом она начала пить сама, и в этот момент Смит подхватил ее и бросил на кровать.

— Хватит! — он зарычал, его сердце застучало все быстрее, разнося по телу кровь и щепотку цианистого калия. Такого же белого, как и рисовая пудра на щеках девушки, но при этом дьявольски смертельного.

Мистер Смит даже не успел насладиться своей властью, когда его горло сжалось. Рука потянулась к пистолету, но Казуэ была наготове: уперлась сразу двумя ладонями в волосатую грудь и столкнула мужчину в сторону.

Тот хрипел еще несколько минут, пока она одевалась, но девушка не спешила. Охранники англичанина не поймут, если она выйдет слишком быстро. А судя по тому, как они резво наставляли винтовки на ее охрану, выбираться придется своими силами.

Казуэ прижалась к стене сбоку от окна и выглянула наружу. Все было даже хуже, чем она думала: ее сопровождающие, двое казаков и двое сацумцев из младшей ветви Такамори, лежали на земле с пробитыми штыками животами.