Конунг Туманного острова (СИ)

Он уже работает над этим. Лет через сто вольные зажиточные хуторяне превратятся в крепостных, а государства Меровингов разобьются на уделы и погрязнут в усобицах. Если он учел все факторы, конечно. А еще единое в его реальности государство никогда не станет таковым, накопив огромные различия и в обычаях, и даже в языке. Ну кому, скажите на милость, могло прийти в голову, что восточные и западные франки, которые с трудом понимали друг друга, уживутся вместе с Бургундией, говорившей на вульгарной латыни, кельтами Бретани и гасконцами, чей диалект родственен баскам? Ах да! Он ведь забыл про алеманнов Эльзаса…

Германии тоже не суждено здесь возникнуть. Его люди уже создали различные азбуки для тюрингов, баварцев, саксов, фризов и данов. Везде, оказывается, есть свои звуки, которые не вписываются в стандартный латинский алфавит. Их различия продолжат углубляться, пока легкие трещины между племенами не превратятся в непреодолимую пропасть. Целое ожерелье из германских королевств должно защитить своим поясом Словению от хищных франков.

Британия! Дремучее захолустье Европы, сделавшее мощнейший рывок вперед. Смехотворный развод Генриха восьмого привел к тому, что церковная десятина осталась в стране, создав финансовую базу для развития. А постулаты протестантизма позволили запустить экономику Нового времени. Тут все понятно. Британия станет ямой, куда сливается весь буйный элемент из Скандинавии. Пока что его немного, ведь в той же Норвегии в достатке свободной земли. И в Швеции освоены далеко не все территории. В том же Уппланде еще пустовато. Густо заселена только Дания.

А вот что делать со словенским народом, который каждый год уползает все дальше и дальше на восток, он пока не решил. По территории Западной Европы все ясно. Здешние славяне понемногу будут интегрированы в единое государство, племя за племенем. Он не позволит пришлым саксонцам перемешаться с лютичами, бодричами и свирепыми пруссами, породив одну из самых эффективных военных машин в истории человечества.

А вот земли за Карпатами… Он пока не видит смысла лезть туда. Ведь то, что в его прошлой жизни называлось Беловежской Пущей, здесь раскинулось от Рейна до Урала. Свободной земли у него в достатке, а лезть в бескрайние леса, чтобы покорять деревушку за деревушкой… Зачем? Это пока что неокупаемо. Хотя кое-какие мысли у него есть. Он думает об этом. А пока он довольствуется цепочкой торговых факторий, протянувшейся от Галича до Киева. Она соединяет Братиславу с дельтой Волги, откуда пойдет прямой путь на Персию в обход империи.

Самослав отвлекся от мыслей, которые с каждым годом посещали его все чаще и чаще. Он отчетливо видел, что если не проложить курс хотя бы лет на сто, то все пойдет наперекосяк.