Люди Великой реки (том 2)

Вылетевшую следом из окна «Шаровую молнию» она отбила тем же мечом, а затем… К счастью, Маша успела выставить щит, насколько я успел заметить, по тому, как замелькали за окном синеватые сполохи. Палаческий меч, рубанувший по стене, выбил гигантский сноп искр и почти начисто снес эту часть этажа.

Трясущимися пальцами я судорожно расстегивал на совесть закрепленные ремешки на оружейном чехле, с ужасом представляя, что будет, если именно сейчас ракшаса снова решит заорать. К счастью для меня, в дело снова вступила Лари, каким-то чудом оказавшаяся на крыше, и оттуда спорхнувшая почти на середину двора, пролетев прямо над головой ракшасы. Снова взмах руки, безрезультатный удар латигом по глазам, который ракшаса даже не стала парировать, пируэт, с помощью которого тифлингисса снова едва-едва увернулась от кривого золотого меча, снова удар латигом и отчаянное бегство, часть которого пришлась даже на стенку особняка, по которой пробежала Лари.

Ракшаса, как мне показалось, даже в цвете изменилась. Словно кроваво-красное сияние появилось вокруг нее, она замотала головой, так, что ее многочисленный косы заметались черными змеями, оскалила пасть до самых ушей, грудь ее поднялась – она набирала воздуха для нового крика, а я только тащил из чехла увесистый штуцер. Помогли гномы – из разрушенного окна второго этажа выплеснуло хвост огня из пулеметного надульника. Треск выстрелов слился с визгом рикошетов, ракшаса зарычала, но крик не состоялся. А я уже переламывал стволы штуцера, запихивая в них два огромных, похожих на фаллические символы патрона.

А затем я перехватил взгляд бегущей через двор Лари и лишь кивнул. Этого кивка она и ждала. Резко остановившись, так, что каблуки ее сверкающих сапог взрыли дерн, она обернулась к ракшасе и что-то крикнула на неизвестном мне языке. И ракшаса поняла ее! Черты и без того отвратительного теперь лица исказились еще больше, она пригнулась и бросилась к тифлингиссе, топая так, что сваленные в кучу рюкзаки запрыгали, словно действительно статуя побежала.

Страх исчез. Тот самый страх, который буквально душил меня до последней секунды, исчез совсем. теперь передо мной стояла одна задача – двумя ударами загнать биллиардный шар – ракшасу, в лузу – в портал. А вместо кия должен был выступить штуцер. Удар его пули столь страшен, что сбивает с ног любое живое существо, существующее в Великоречьи. Даже каменного тролля, тяжелее которого сложно даже что-то себе представить. Сила удара пули шестисотого калибра – это как гром небесный. Я изо всей силы вдавил подбитый резиной приклад штуцера в плечо, и когда ракшаса оказалась на линии огня, нажал на первый спусковой крючок.