Насвистывая в темноте

— Падре Джим и Гэри Галецки вместе сбежали в Вен… в Калифорнию то есть, чтобы там пожениться! — прокричала Мэри Браун. — Я нынче утром слыхала, как Этель рассказывает про них мистеру Питерсону в аптеке.

И Мэри Браун заговорила низким голосом, покачивая пальцем из стороны в сторону, как и вправду делает Этель:

— У меня имелись свои подозрения насчет мистера Гэри, что-то больно он любезен со своей матерью, если вы улавливаете ход моих мыслей. Ну теперь уж все узнают. Этот паренек — королева хоть куда, короны только не хватает. — Мэри Браун поглядела на меня и скроила рожицу, типа черт его знает, что бы это значило. — Падре Джим оставил записку в ризнице. Там сказано, ему очень жаль, но он ничего не может с собой поделать, он знает про смертный грех, но влюбился по самые помидоры и теперь уезжает с Гэри Галецки в Калифорнию.

Милые мои Иисус, Мария и Иосиф! Так вот что Этель имела в виду, когда сказала, будто с мистером Гэри «кое-что сотворилось»? Я чуть не помчалась к миссис Галецки, чтобы выяснить, не врет ли Мэри Браун. А та снова спросила:

— И знаете, что еще?

Она уже перестала раскачиваться, и мы с Тру — вслед за ней, уж очень хотелось послушать очередную фантастическую новость.

— Что там еще? — поторопила ее Тру.

— Этот задавака Бобби что-то задумал, — сказала Мэри Браун.

Ее ненависть к инструктору Бобби зародилась еще прошлым летом. Бобби сам виноват. Однажды Мэри Браун качалась на брусьях вниз головой, а он пошутил:

— А что Бобби задумал? — спросила я. Как ни крути, а Мэри Браун была нашей подругой. Но я не сомневалась, что в ответ услышу страшенное вранье.

— Я подглядывала за Бобби, когда вчера он пошел в будку. Достал всякое из пакета и…

— Ну? И? — подначила Тру.

Моя голова резко обернулась к Мэри Браун:

— Сама знаешь, как это. Как Риз Бюшам вечно делает. — И Мэри Браун показала, положив ладонь на передок своих шортов.

Тру откинулась назад на качелях, едва не задев землю волосами.

— Так что в пакете-то было?

Я-то знала, что Тру не верит Мэри Браун, а спрашивает, чтобы доставить ей удовольствие. В этот миг Бобби, должно быть, почувствовал мой взгляд, потому что вдруг обернулся и посмотрел прямо на меня.

— Он вынимал из пакета всякое-разное и раскладывал на верстаке, а потом разглядывал, будто сокровища какие, — продолжала Мэри Браун.

— И что за сокровища? — спросила я.

Бобби сложил скакалку и двинулся в нашу сторону.

— Ну, там окошко совсем пыльное, я не разглядела, но мне показалось, там ботинок был.

— Какой еще ботинок? — Внутри вдруг неприятно засосало.

Мною будто выстрелили с тех качелей, я подскочила к Мэри Браун:

— Только без шуток. Ты точно в этом уверена?

— Точно. И наволочка от подушки. А теперь захлопни рот, он идет сюда.