Ночная

Раинер явно не рассчитывал на столь однозначно одобрительную реакцию и замешкался от неожиданности — или просто давал мне время передумать.

На нем был казенный мундир с чужого плеча — с чудовищно жестким воротником-стойкой, который я не преминула расстегнуть, чтобы коснуться ключиц и груди. Под пальцами застучало часто-часто, почему-то в такт ускорившемуся писку системы мониторинга, и эта странная синхронность отчего-то казалась чертовски важной…

- Ребят, я бы, честное слово, оставила вас вдвоем и удалилась, но еще не могу подолгу ходить, — жалобно мякнул знакомый голос.

Раинер отстранился и прикрыл глаза, восстанавливая сбившееся дыхание. Я выглянула из-за его плеча — и мучительно покраснела.

Смятая постель на второй койке получила свое объяснение. Меня попросту определили в палату к сестре.

Она смущенно развела руками.

- Не стой в дверях, — вздохнула я. — Чего уж теперь…

Раинер сел обратно на стул для посетителей, напоследок многообещающе скользнув рукой по моему животу, и от этого прикосновения у меня перехватило дыхание. Я сглотнула и нашарила его ладонь, обрисовав пальцами мозоли от меча — в отместку.

- Юнити оповестили? — спросила я — опять не своим голосом.

- Конечно, — кивнула Ясмайн, с облегчением усаживаясь на соседнюю койку. — Посещения здесь с одиннадцати, так что она, скорее всего, придет где-то через полчаса. — Сестренка прицельно посмотрела на наши с Раинером руки, без слов предупреждая, что Юнити будет чрезвычайно заинтересована нынешним положением вещей.

Но Раинер не спешил восстанавливать видимость порядка, и я покорно переплела пальцы с его, без слов принимая его решение.

- А теперь по порядку, — потребовала я. — Что все-таки стряслось?..

То, как на меня посмотрел Раинер, мне категорически не понравилось.

Храмовник откинулся на спинку стула и скрестил руки на груди. Кажется, эта тема для разговора нравилась ему еще меньше, чем вопросы о его мотивации при выборе места жительства.

- Раинер, — устало вздохнула я, — ты же понимаешь, что я так или иначе все узнаю? Не от тебя, так от Рэвена. Не от него, так от Оберона, а если и не от него, то…

Он раздраженно поморщился и перебил, не дожидаясь логического завершения цепочки на судье, оглашающем приговор:

Я подавилась своими пессимистическими рассуждениями. Раинер оценил мои вытаращенные глаза и все-таки снизошел до объяснений.

- Рэвен сказал, что его тетушка, мачеха леди Эмори, наделена даром проклинать тех, кто всерьез ее расстроил. Когда принцессу похитили, она в сердцах пожелала неудач всем, кто был в этом задействован, — пропорционально степени вины. Целители нашли следы этого проклятия на тебе. Твои руки… та бутылка не должна была разбиться так легко. Ты порезалась, потому что тебя преследовали наведенные неудачи.