О да, профессор! (СИ)

— Ну… Вы ведь мужчина…

— Какая наблюдательность, Левицкая, — попытался вернуть себе вожжи в этой странной беседе.

Студенты хохотнули, но Марго не смутилась.

— Но объясните, каким образом все это относится к Фаусту?

— Самым прямым, — пожала она плечами. — Трагедия бессмертна, потому что пороки и люди не меняются. Наше общество спешит навешать ярлыков и порицать. Тогда и сейчас. А Гретхен просто хотела любви. Разве это преступление? Именно из-за общественного мнения ей пришлось скрываться с Фаустом, принять помощь Мефистофеля. Вычтите осуждение и получится нормальная история любви, а не падение невинной души. Гретхен не порочна, иначе Мефисто сам справился бы с ее душой. Она просто хотела быть счастливой. Хотела ласки и заботы. Такой уж сотворил ее Бог. И именно он забрал ее. Разве это не доказывает мою правоту?

Она закончила так дерзко, что мое тирано-шовинистское эго не могло согласиться.

— Отчасти, — проговорил я, склонив голову.

Надеюсь, никто не заметил, что я залюбовался. Марго раскраснелась и преобразилась в своей пылкой речи. Я обвел аудиторию взглядом. Нет, все смотрели на нее, не верили глазам и ушам, похоже. Неудивительно.

— Отчасти? — возмутилась она.

— Думаю, вы придаете эпизодам с Маргаритой слишком много значения. Очевидно, играет роль, что вы тезки. Разумеется, эта часть трагедии важна, но есть еще много аспектов, героев, символов. Спасибо, Левицкая, за интересную позицию. Вам «Отлично». А мы продолжим…

И мы продолжили, но я всю дорогу ловил на себе ее взгляд. Обижена? Серьезно? Брось, девочка.

Она больше не участвовала в обсуждении, но попыталась подсказывать Азарову, когда я снова потребовал от него ответа. Тот даже с помощью зала ничего толкового не родил, и я добавил ему второй минус, выведя в итоге трояк за семинар. Он тоже теперь на меня дулся, кажется, даже выговаривал Марго. Наверно, матом крыл. Ну и ладно.

После семинара я подозвал Маргариту.

— Вы записались ко мне на курсовую? Значит, зайдите на кафедру после занятий, обсудим.

Прежде, чем она что-то сказала на это, я подхватил портфель и вышел.

— Привет Ритусь, — шепнул Марат, плюхаясь рядом со мной на скамью в библиотеке. — Какая ты сегодня красивая.

— Будет заливать, Азаров, — закатила я глаза. — Что тебе надо?

— Помоги на семинаре с писакой нашим грозным.

— Нихрена не выучил?

— У меня дняра, Ритусь! — оскалился Марат. — Ну какой человек назначает семинар в такой день? Помоги, Ритк. Во век буду благодарен.

— С днем рождения, — на автомате кивнула я, а потом вдруг сказала: — А ну поцелуй меня.

— Чего-о-о? — протянул Марат и его лицо вытянулось.

— Один поцелуй. Тебе сложно, что ли, Азаров?

— Да я… Чо, ыыы… — заговорил на наречии австралопитеков Марат.