Охота на Горностая

– Алло, это Фунций? – Шибзичу звонила молодая и, судя по интонации, слегка нетрезвая женщина.

– Э-э-э… Ага! – заявил после паузы Кнопка.

– Что у тебя с голосом?

– Да я простыл немного! Ничего страшного! – поспешил развеять подозрения собеседницы дикарь. Привычное «мля» он проглотил в самый последний момент.

– Ну хорошо, – успокоилась девушка. – Заказ выполнен. Все как договаривались. Я пришлю его прямо сейчас!

– Угу! – Кнопка решил говорить, как можно меньше, чтобы не выдать себя. В душе он ликовал и хвалил себя за то, что не выбросил симку. Наивная девчонка не только поверила ему на слово, но и собиралась прислать что-то ценное.

Чем не повод для радости!

– Держи телефон включённым – сейчас наведу портал!

Через мгновение рядом с кучей закружился зелёный вихрь. Глупо улыбающийся боец растопырил руки, как будто ожидал, что прямо в них упадёт несметное богатство. Но из портала вышли десять уродливых созданий, и дикарь оторопел. Когда же они замычали и потянулись к «кинолюбу», Шибзич опомнился, развернулся и с нечленораздельными воплями ринулся в бар, желая оказаться как можно дальше от ожившего кошмара.

Сбивчивый рассказ Кнопки окончательно запутал Красных Шапок, но убедил Полено в том, что положение нешуточное. Связавшись с великим фюрером и вкратце пересказав ему услышанное, Шибзич внимательно выслушал ответ и объявил, что лидер семьи вызывает к себе уйбуев из Фюрерского совета для срочного совещания. Остальным дикарям было велено сидеть внизу и не шуметь. Исключение сделали только для Кнопки – входящий в Совет Кошелёк решил, что боец может вспомнить ещё что-то важное, и взял его с собой.

– Явились, крикуны? – поприветствовал уйбуев недовольный Кувалда.

 – Почему орём и к своему лиферу посрефи ночи ломимся? Фавно я вас не вешал?

Его привычных телохранителей – Иголки и Контейнера – в ту ночь в Форте не было – уйбуй Копыто взял бойцов с собой в роскошный ресторан, чтобы показать «как, в натуре, гуляют миллионеры и настоящие диссиденты». Поэтому фюрера защищал верный Полено. Лидер семьи не доверял до конца своим советникам и в общем-то правильно делал.

– Кто первым крикнул про зомбов? – допытывался великий фюрер.

Дыня мстительно выпихнул вперёд Кнопку.

– Вот этот вредитель очкастый! И шум, в натуре, поднял, и уродов мычащих позвал! Сам сознался, предатель!

– Кнопка первым крикнул, твоё высокопревосходительство, – подтвердил Кошелёк.

 – Да и как, в натуре, не крикнуть? Настоящие оживш… мёртвые… тьфу, то есть дохлые, но ожившие, – сформулировал он мысль. – Твари де Рипа, мля, о которых Баян рассказывал.

– Старика уже из казармы выпускать нельзя – кажфой байкой смуту сеет! – Высказавшись, одноглазый глянул в окно, внимательно рассмотрел слоняющихся внизу чудищ, а затем сплюнул.