Охота на Горностая

Это безумно огорчало Люнция Хейза. В обществе челов он был вынужден рядиться в скромный белый костюм. Надень Люнций нечто более стильное, яркое, разноцветное – педантичные челы стали бы за глаза называть его клоуном. Единственное, что он мог себе позволить, – оранжевый в синий горошек галстук. Так и на него они кидали косые взгляды.

Но зато эта семейка ничего не смыслила в шоу-бизнесе. И это Люнция радовало. Его ушлые соплеменники давно заняли все ниши в Тайном Городе, и ко́нец был вынужден работать с челами.

Люнций подошёл к зеркалу и, бросив взгляд на белоснежный костюм, буркнул:

– Ну прямо не кнец, а какой-то Санть…

Договорить он не успел: громко запищал мобильник.

Высветившийся на экране номер был незнакомым.

– Здравствуйте. – Из трубки послышался уверенный женский голос. – Вас беспокоит Алла Германова, я – владелица салона красоты «Ангелина».

– Добрый день. Чем обязан?

– Господин Хейз, у меня к вам деликатная просьба. Вы не могли бы уделить мне сегодня несколько минут? Обещаю, что не останусь в долгу…

– Даже не знаю… – замялся продюсер. – А в чём, собственно, дело?

– Просьба самая простая – передать маленький сувенир Ивану Демишеву от моей дочери.

Она его большая поклонница, и уже просто нет сил слушать её мольбы… Взамен могу предоставить вашей жене квартальный абонемент в мой салон.

– Эх, жаль, что месяц назад я развёлся… – хмыкнул кнец. В его голосе не было ни грамма сожаления. – Что ж, сегодня, ровно в три, у меня будет двадцать свободных минут, считайте, что они ваши.

Уже битый час Алла вертелась у зеркала, не зная, какое украшение подобрать под светлый кожаный пиджачок.

А если это, подумала она, приблизив к шее тоненькую золотую цепочку.

Минимализм всегда в моде…

– Конфеточка моя?! – Из ванной вышел мускулистый блондин с полотенцем на бёдрах. – Может, ты останешься, и мы поваляемся в джакузи с морской солью? Я сделаю тебе эротический массаж…

– Не могу, Валентинчик, – ответила Алла, остановив свой выбор на цепочке. – Сегодня много дел, поэтому твоя конфеточка будет только ночью…

Блондин, массивными руками обхватил талию жены и поднял её, будто пушинку. Она обожала, когда он так делал, потому что сразу чувствовала себя молоденькой, лёгкой и беззащитной.

Такой, какой она уже давно перестала быть.

– Ну зайчик, ты мокрый…

Алла таяла, словно льдинка, когда прикасалась к его мощному телу. В эти моменты всё вокруг исчезало, становилось ничтожным, пустым и ненужным. И если бы она могла убить в себе убеждённую бизнес-леди, то наверняка день и ночь валялась бы с ним в джакузи…

– Не уезжай, – прошептал он, бережно опуская жену на пол.

– Прости, нужно уладить одно дело…

В ясных голубых глазах блондина мелькнула грусть вперемешку с раздражением.