Охота на Горностая

Томба уговорил князя отнестись к происходящему как к неизбежной рыночной адаптации, взял процесс под свою ответственность и, как обычно, не прогадал. В компаньоны шасы выбирали самых надёжных, и дела шли лучше не бывает, ко всеобщему довольству и доходности. Нотариальная контора «Томба, Нихиндзон и сыновья» стала одним из первых примеров подобного межрасового сотрудничества, здесь заверяли сделки обычные клерки, здесь, за семью арканами, лежало завещание К.К Томбы. Здесь же предстояло вступить в права наследования Рославу.

– Как мне лучше к вам обращаться? – спросила строгая шаса, встретившая Рослава в приёмной, не то помощник нотариуса, не то секретарь, не то всё вместе.

В семье было не принято об этом говорить, но, вероятно, у его отца был какой-нибудь титул, который Рослав мог бы наследовать – если бы не изгнание. Или шаса намекает на Радослава, который вместе с домом передал внуку право называться виконтом или кем-нибудь ещё? Даже если так, пусть знают, что ему это и даром не нужно.

Поэтому Рослав ответил со всем высокомерием, на которое только был способен:

– Могу я предложить вам чай или кофе, мистер Эртон? – Шаса и бровью не повела.

Рославу стало немного стыдно за свою мнительность. Девушка просто проявила вежливость, а он уже возомнил себе невесть что. Впрочем, ни на чай, ни на муки совести у него не осталось времени, потому что уже через минуту его пригласили в кабинет.

Главный нотариус Тайного Города, шас весьма почтенных лет, напомнил Рославу типичного профессора истории из голливудского кино – озабоченного, немного суетливого, с седой встрёпанной шевелюрой. Он восседал за огромным длинным столом имперских времён с разложенным на нём умопомрачительным количеством папок и подшивок.

Помимо хозяина кабинета, Рослава ожидали две дамы, белокурые и зеленоглазые. Зелёные ведьмы, настоящие красавицы – такие же, как его мама.

– Добрый день, молодой человек! – Шас смотрел на Рослава с нескрываемым любопытством. – Мое имя Ифран Томба, а это, – он указал на зелёных ведьм, – фата Алёна и фея Полина, они засвидетельствуют оглашение и передачу завещания.

– Очень приятно, – улыбнулся Рослав, залюбовавшись младшей из девушек, Полиной. Та улыбнулась в ответ, в то время как старшая фата лишь сдержанно кивнула.

– Присаживайтесь, молодой человек, – Ифран указал на кресло по другую сторону своего необъятного стола. – Как говорится, не будем тянуть дракона за хвост, время – деньги.

Шас продемонстрировал собравшимся тонкий конверт, бережно надломил сургучную печать, извлёк оттуда завещание и принялся читать.

Надо признать, слушал Рослав не очень внимательно, а всё больше любовался на Полину и думал о том, под каким бы предлогом пригласить её на свидание.