Охота на Горностая

Однако поняв, что не убедил собеседника, поинтересовался: – Как быстро, по вашему, десять «мальков» возьмут под контроль «Сабину»?

– Ну… – протянул капитан. – На борту примерно пятьдесят перепившихся китайцев, включая женщин и детей… Сопротивления не будет, поэтому… Семь минут.

– Договорились. – Герро пожал Винсенту руку. – С какого момента засекаем время?

– Как только големы поднимутся на борт.

– Хорошо, пусть так.

Прошлым вечером владелец «Сабины» устроил для гостей гонки на скуттерах, с утра развлечение планировалось повторить, поэтому трап не подняли, чем помогли низкорослым куклам Шарге оказаться на борту.

Впрочем, конструктивные особенности кукол позволили бы им легко обойтись и без подобной помощи.

– Големы энергичны, послушны, исполнительны, не склонны к бунту, не претендуют на добычу, но, увы, беспросветно тупы, – вздохнул Винсент. – Вот что вы должны были отметить в первую очередь, Герро: их тупость, а не размеры. Для морских операций, вроде «Взойти на яхту и убить всех, кто там находится», големы идеальны. Ещё они незаменимы, если требуется «Встать насмерть в западном коридоре» или же по фронту на поле боя.

А вот сложные задачи големам не по зубам, и это обстоятельство полностью нивелирует их высочайшие тактические характеристики.

– Нужна другая система управления, – пожал плечами Герро и удостоился от собеседника одобрительного взгляда:

– Вы смотрите в корень, капитан. Либо нужно разработать новый мозг, либо новую систему управления. И как раз сейчас я над ней работаю.

– Пока не с чем. – Шарге вновь повернулся к «Сабине», прищурился и произнёс: – Кажется, они доплыли.

– Время пошло. – Капитан улыбнулся и нажал на кнопку секундомера.

 – Готовьте сотню, Винсент.

– Я уже придумал, как её потратить.

И получилось так, что деланый смех на «Чёрном абрисе» стал своеобразным сигналом для ворвавшихся на «Сабину» големов.

И весёлые возгласы начали сменяться воплями ужаса и криками о помощи такой силы, что они легко перекрывали льющуюся из динамиков музыку. Один вопль. Другой. Третий… Мужчины их не считали и не комментировали. И мнениями не обменивались, предпочитая слушать музыку резни в суровом молчании. Они не испытывали угрызений совести и не жалели несчастных пассажиров «Сабины», они просто ждали, прекрасно, во всех деталях представляя, что сейчас творится на роскошной яхте.

Как заходятся в крике обречённые, не способные ничего сделать люди…

Как кто-то прыгает за борт, надеясь отыскать спасение в воде, и как легко и непринуждённо догоняет его невысокий, похожий на карлика воин… И бьёт. И тут же возвращается на борт, чтобы продолжить убивать на ставших скользкими от крови палубах «Сабины». Не зная жалости. Не зная усталости.