Отдай мое сердце

Уж всяко лучше, чем курить трубку или вышивать.

И огляделся в поисках Гэйшери. Куда подевался? Почему не приходит на меня орать?

– А, вот и вы! – воскликнул Гэйшери.

Что удивительно, он не свалился нам на головы откуда-нибудь с потолка, а вошел из коридора, как самый обычный человек. Извлек из воздуха картонный стаканчик с кофе и вручил мне. Очень мило с его стороны.

– Тоже мне, великие угуландские маги, – сварливо, но вполне спокойно сказал он. – Взялись овеществлять иллюзию, так делайте это как следует, а не наполовину, чтобы потом ребенка голодом морить. Не знали, небось, подходящего заклинания? В голове одно «дерьмундЫ»?

– Да не то чтобы одно, – хладнокровно заметил я.

 – Даже у меня, пожалуй, пара тысяч разнообразных вариаций наберется; у остальных гораздо больше, я все-таки почти новичок. Но по сути вы правы: подходящего заклинания у нас не нашлось. Спасибо, что помогли. Я очень рад за Базилио. И за кофе спасибо. Он сейчас кстати, как никогда.

– Хотя вам больше нравится горький и без молока, – усмехнулся Гэйшери. – Но вы решили мне об этом не говорить. Вы все-таки чересчур вежливый, вот в чем ваша беда.

До сих пор бедой я считал совсем другие свои особенности. Но леший его разберет, этого Темного Магистра. Вдруг он прав, и для полного счастья мне достаточно прекратить вполне беспомощные попытки не выглядеть совсем уж невыносимым хамлом, которые Гэйшери принимает за вежливость? Ух, заживу тогда.

– Дело не в вежливости. Просто вы только сегодня научились этому фокусу – я имею в виду, любить кофе, что, по моим наблюдениям, гораздо труднее, чем добывать его из Щели между Мирами. А новичков критиковать нельзя, чтобы не утратили энтузиазм.

Только поддерживать и хвалить.

– Ну надо же, – удивился Гэйшери. – Неожиданный поворот! Любому другому я сказал бы на это: «Не разводите сопли, с чего вы взяли, будто другой человек нуждается в вашей похвале, будь он хоть триста раз новичок?» Но с вами спорить не стану. Великодушие вам, пожалуй, даже идет.

Я люблю, когда со мной отказываются спорить, особенно собеседники, от которых этого не ждешь. Самый короткий путь к моему сердцу – сперва продемонстрировать склочный характер, а потом соглашаться со всем, что бы я ни сказал. Вот и сейчас я сразу решил, что Гэйшери, при всех его странностях, на самом деле, просто отличный.

И Базилио нынче выглядит на редкость счастливой. И дома все-таки очень хорошо.

Стоило мне подумать, как хорошо дома, как в моей голове, согласно закону подлости, тут же раздался голос Трикки Лая.

«Фэтан?! – переспросил я. – Мать твою четырежды на дне колодца! То есть, не твою, а его. Или сразу обеих, с тобой за компанию. Не приближайтесь к нему, я мигом».

– У вас такое лицо, словно вы сейчас кого-то убьете, – заметил Гэйшери.