Последнее японское предупреждение

– Не понял, – бросил муж, и я повторила:

– В «Матвеевском» полчаса назад Ольга Паршинцева видела нашу Соню с какой-то женщиной, понимаешь? Спокойно шла, разговаривала, не плакала. Она где-то в городе, и, видимо, недалеко от школы. Ты узнай, может…

– Не может, – перебил он, – я стою на крыльце, только что разговаривал с учительницей. Сони в школе не было, с детьми сегодня психологи с утра разговаривали, никто ничего не знает. Погоди-ка… – я услышала, как муж задает кому-то вопрос: – Он точно помнит? Ничего не путает? – и снова обращается ко мне: – Аля, я перезвоню через десять минут.

В трубке стало тихо. Я опустила руку с телефоном и перевела взгляд на отца, уже успевшего сесть на диване:

– Ну, что там? Что Акела сказал?

– Пока ничего. Но он задал кому-то вопрос, думаю, что нашелся кто-то, кто видел или слышал что-то нужное. Он перезвонит. Лучше скажи: можем мы кого-то послать в «Матвеевский»?

– Там Ольга, она поможет… Ну, пусть расспросят продавцов, аниматоров в детском клубе – папа, ну, вдруг кто-то запомнил женщину, с которой была Соня? Или слышал какие-то фразы? Или просто заметил, в какую сторону она ушла?

Папа тяжело вздохнул:

– Саня, папа у тебя не мент, а урка. Нет у меня полномочий вопросы людям задавать, они ведь послать могут, право имеют. Да и кто обратит внимание на бабу с двумя детьми? На них же не написано, что один чужой. Вот если бы Сонька кричала, вырывалась, а Ольга твоя что сказала? Что гуляли они спокойно.

Да, мне тоже не давала покоя эта фраза. Соня не сопротивлялась, не плакала, не пыталась убежать, а спокойно ходила с незнакомой женщиной по магазинам. Как, как это могло получиться?! Мы постоянно учили ее осторожности, объясняли, что нельзя говорить с чужими, уходить с ними, садиться в машины, брать подарки – и вдруг?! Ну, как так могло выйти?! Что я сделала неправильно, где ошиблась, воспитывая дочь?!

– Аля, слушай внимательно. Соню из школы забрала молодая девушка в коричневой меховой шубе и бордовой юбке. Сонин одноклассник видел, как они вышли, держась за руки, и Соня совершенно спокойно шла с ней.

– Господиии! – простонала я. – Ну, как можно найти человека по таким приметам?!

– Аля, это ребенок, он не запомнил ничего, кроме цвета юбки и шубы. Но и это хорошо – значит, Соню никто не напугал, не причинил вреда. Это хорошо, ты слышишь?

Я понимала желание мужа успокоить меня, настроить на позитивный лад, но это не помогало. Сони нет – и все. Она гуляет по городу с чужим человеком, а мы не знаем, с кем и где.

– Я еду домой, – сказал Сашка, и я не ответила, повернулась к папе, сбрасывая звонок:

– Ну, и что ты думаешь? Молодая девушка, бордовая юбка, коричневая шуба. Все. Как искать?

– Тебе не приходило в голову, что это может быть ее настоящая мать? – вдруг сказал отец, и я вздрогнула.