Последний дубль

Отличать добро от зла, не прикрываясь воплями психически больных моралистов.

Я извлекаю симпатичного плюшевого мишку из бумажного пакета. Долго рассматриваю игрушку и возвращаю обратно, аккуратно кладу на полку.

Не хочется передавать вещь Артуру, хоть подарок и был куплен для него. Отцу Вероники тоже отдать не могу, жду подходящего момента. Не желаю причинять боль.

Возможно, стоит отдать боссу?

Что-то меня останавливает. Странно чувство, точно первобытный инстинкт, наваливается сверху и мешает. Всякий раз намереваюсь избавиться от этого пакета, и всякий раз жму на тормоз, не решаюсь.

Подобное скользкое ощущение возникает, когда смотрю на фотографии с места убийства Ники. Они отличаются от остальных не только кровавым крестом на лбу жертвы.

Может, зря сгущаю и накручиваю?

Мне трудно поверить, что подругу убил маньяк, что она вообще мертва и уже никогда не вернется.

— Постарайся собраться, — ровно советует Градский, лишь только делюсь с ним смутными подозрениями. — Оценивай факты.

— Судя по заключению патологоанатома, Нику убили сразу, сначала порез в области горла, потом удар в грудь, — судорожно выдыхаю. — Остальные ранения нанесены после смерти.

— С другими жертвами он действовал иначе. Не задевал жизненно-важные органы. Все девушки умирали от потери крови.

— Почерк иногда меняется, — не замечает ничего необычного. — К тому же мы не видим полную картину. Возможно, он и раньше так убивал. Или решил попробовать новый способ.

Наша секретная команда находит еще несколько убийств. Семь эпизодов в различных городах. Каждый случай мы отмечаем на карте, анализируем информацию, пытаемся понять, почему выбраны определенные города.

Но впереди тонны документов, там могут скрываться десятки других преступлений.

— Я не знаю, как объяснить, я просто чувствую, — признаюсь, наконец. — Что-то не то, будто Нику убил не он.

— Слишком много совпадений, — отмахивается Градский. — Место, способ, внешность жертв. Слишком много похожих деталей.

— Да, — вынуждена согласиться.

— Мы долго топчемся на месте, отсюда и сомнения, — мрачнеет. — Необходимо зацепить подонка, затронуть личное. У нас нет подозреваемых. Общие предположения.

Босс задумчиво сдвигает брови, разминает пальцы, хрустя костяшками. Он молчалив, никого не посвящает в свои планы. Но по горящему взгляду я четко понимаю: убийцу ждет справедливое возмездие. Главное — поймать, заключить под стражу. А потом…

В камере всякое может произойти. От неосторожного падения на нож до суицида со множеством огнестрельных ранений.

— Продолжим копать, — заявляет Градский.

Я опять погружаюсь в изучение материалов, отгораживаюсь от реальности. Больше не смотрю ни фильмы, ни сериалы. Читаю учебники по криминалистике, исследования про маньяков.