Приговор Бешеного

Он словно чувствовал что-то, торопился с делами, с этим дурацким, никому не нужным шестилетием… Хотел сделать как лучше и как можно больше…

— А вот сына после себя не оставил…

После нескольких часов прощания гроб поставили в черный катафалк-мерседес, и он медленно двинулся вперед, а за ним, большой колонной по двое, пошли те, кто нес венки. Среди них, рядом с Ростовским, шел и Савелий.

Вскоре процессия, из нескольких десятков автобусов и легковых машин, вслед за катафалком медленно направилась в сторону Троекуровского кладбища. Погода стояла отвратительная, было холодно, слякотно, шел дождь со снегом. Все небо заволокло темно-свинцовыми тучами.

Место для могилы было найдено очень хорошее: прямо под ольхой, словно специально склонившейся в полупоклоне к могиле бывшего воина.

В нескольких метрах от могилы Олега была похоронена талантливая русская актриса Ирина Метлицкая. На ограде ее могилы был прикреплен удивительно прекрасный портрет — она чему-то радостно смеялась.

На открытом месте, в нескольких метрах от могилы, гроб Олега установили на специально сооруженном постаменте, и перед гробом стали выступать с последними словами близкие Олегу друзья и заслуженные люди страны.

Савелию очень понравилось выступление писателя, с которым он познакомился в Болгарии. Оказывается, этот писатель тоже бывал в Афганистане, но не воевал, а был журналистом. Под Кандагаром его ранили.

В своей прощальной речи он сказал, что кровь, пролитая им там, где Олег воевал, дает ему право считать Олега своим братом, и перед его могилой он дает слово, что напишет о нем книгу.

Однако Савелия больше всего заинтересовали последние слова писателя о том, что у него нет сомнений, что авария Олега была не случайной и нужно обязательно провести ее тщательное расследование. Эти слова заставили Савелия всерьез задуматься и вспомнить о собственных догадках и подозрениях.

Получилось так, что он выступал после писателя, и его выступление было кратким: он поклялся лежащему в гробу Олегу сделать все, чтобы установить правду о его смерти, а если окажется, что у этой смерти есть действительный виновник, то он клянется тому жестоко отомстить.

Произнося свою клятву, Савелий смотрел на лица людей, окруживших гроб, и чисто случайно его взгляд упал на рослого мужчину, неприятное лицо которого показалось ему отдаленно знакомым, только он не мог вспомнить, где и когда его видел. Савелия поразили глаза этого человека: хотя черты его лица выражали положенную случаю скорбь, глаза были холодно-безразличными. В них таилась не печаль, а глубоко спрятанная настороженность.

Был и по-настоящему неприятный момент, который запомнился Савелию. Он, Ростовский и Паша Еременко стояли втроем.