Приступить к ликвидации

И сразу же шоссе прыгнуло ему навстречу, казалось, что люди совсем рядом. Протяни руку – дотронешься. Только голосов не было слышно. Он видел шевелящиеся в тишине губы. Юлиус повел стволом, и перекрестие прицела поехало по лицам, пока в визире не появились широкие плечи с майорскими погонами. Он еще немного поднял ствол. Ему захотелось получше рассмотреть этого человека. Майор повернулся, и лицо его внезапно заполнило окуляр прицела.

Что это? Не может быть! Нет. Не он, не он. Но шрам у виска. Белая полосочка, которую он так любил рассматривать!

– Стреляйте, командир, – прошипел за спиной Сийг.

Но почему расплылось изображение в прицеле, словно запотели линзы? Нет. Это глаза его стали мокрыми. Палец судорогой свело на спусковом крючке. Чуть надавить…

– Нет! Не может быть! Есть же правда на земле! Ну, нажимай, нажимай крючок.

Майор шагнул к машине, потом повернулся, и лицо его, до боли знакомое, вновь отпечаталось в смертельном кресте цейссовской оптики.

Юлиус опустил винтовку.

– Что же, товарищ Пальм, – сказал начальник уездной милиции, – вы приехали вовремя. Юхансена можно взять сегодня ночью.

Начальник усмехнулся. Он был немолод. Эвальд знал, что капитан Вялис при Пятсе сидел в тюрьме за аграрные выступления, в партию вступил в тридцатых, после воссоединения организовывал милицию в уезде, дрался с кулаками, партизанил. Знал Юлиус, что капитана Вялиса хотели забрать в центральный аппарат НКВД, но он категорически отказался. Остался здесь добивать бандитов.

– Пока не искореним всех, – сказал он в уездном комитете партии, – отсюда не уйду.

– Юхансен очень нужен, – продолжал Вялис. – Где-то у него секретная база. Там прячутся люди.

– Где приблизительно?

– Если бы мы знали. – Капитан подошел к карте уезда и еще раз с горечью повторил: – Если бы мы знали.

– Когда начнем операцию? – спросил Юлиус.

– Вы старший, вам решать. – Вялис развел руками.

– Вы хозяин, а мы так, пришлые, – улыбнулся Эвальд.

– Ну, если так, то сначала поедим, а потом начнем.

Машину они оставили километра за два не доезжая хутора. Дом Пыдера стоял вдалеке от дороги, у самого леса. Сразу же за ним начинался луг, на котором громоздились валуны, потом лес, а за ним на много километров топь.

Дом Пыдера был большой, и служб во дворе хватало. Хозяин держал лучших в уезде молочных коров. Крепкий был хозяин Пыдер и самый вредный кулак в этих местах.

Туман пришел вместе с темнотой. И сразу же все стало влажным: лицо, ватник, автомат и даже солома, которую Рудди заботливо постелил, прежде чем лечь на землю. «Теперь уже скоро, – подумал он. – Темнота и туман, можно незаметно проникнуть в дом».

Где-то совсем рядом хрустнула ветка, потом еще раз. Это был условный сигнал. Майор собирал группу. Рудди осторожно сделал первый шаг.