Бездушный

Она выглядела такой умиротворенной и милой. Валенсиана лежала на постели и разговаривала по-португальски со своей матерью, сидевшей рядом.

– Бразильянка, афроамериканка и немка, – сказал Трент, демонстрируя нам свою дочь.

Эмилия сжала мою руку.

– Довольно длинное имя, может, сократить его до инициалов и для краткости называть ее Баан? – Я изогнул бровь, а Трент рассмеялся."

"Трудно в это поверить, но на мгновение у меня мелькнула мысль, что его дочь, возможно, так же красива, как и ее родители, что станет ужасной новостью для всего мужского населения планеты. Ее кожа была светло-коричневого оттенка, а глаза – серыми, как у Трента.

– Это ее гены, придурок.

– Трент! – воскликнули все в комнате в унисон.

А я ухмыльнулся как настоящий засранец.

– Ай-ай-ай, – качая головой, сказал я. – И как же вы ее назовете?

Он протянул малышку Эмилии, даже не спрашивая, хотела ли она подержать ее на руках. Но, судя по улыбке, которая засияла на ее лице, я понял, что она только рада этому. Прижав ребенка к груди, она заворковала над ним.

А Трент уже встретился взглядом с Валенсианой. Что-то промелькнуло между ними. Я знал, что они не пытались строить отношения. Но не сомневался, что они не считают свою дочь досадной ошибкой. Да, Трент считался одним из самых богатых людей в своем районе Чикаго и при этом сексуальным, словно дьявол. А когда мы расширим фирму, он станет еще богаче. Но сейчас это не имело никакого значения. Потому что несмотря ни на что, они любили и боготворили эту малышку гораздо сильнее, чем некоторые женатые пары любили своих детей.

– Луна, – одновременно сказали новоиспеченные родители.

Казалось, Эмилия вот-вот рухнет в обморок от счастья. Она улыбнулась, прижала Луну к себе и вновь заворковала с малышкой, бормоча, что для такой идеальной девочки это идеальное имя.

Через какое-то время Мелоди не выдержала и забрала ребенка у моей невесты, прежде чем она убежала бы с ним. Палата гудела от восторгов и смеха. Я сел рядом с Эмилией, откинулся на спинку стула и улыбнулся.

Здесь собралась моя семья. Моя невеста.

Беспутные Хулиганы.

И даже безымянная цыпочка, которую притащил с собой один из них.

– Я передумала насчет детей, – наклонившись ко мне, сказала Эмилия. – Может, не сейчас и не через пару лет, но в будущем я хочу родить ребенка. На самом деле хочу. Что скажешь?

Я ухмыльнулся. Эмилия ЛеБлан из Ричмонда, штата Вирджиния, просила подарить ей ребенка.

Пожав плечами, я склонился к ней.

– Не переживай. Я не перестану пытаться обрюхатить тебя, даже когда ты забеременеешь.

Она рассмеялась.

– Договорились? – спросил я.

– Решено!

Благодарности

Эта книга никогда бы не появилась, если бы мне в этом не помогло множество людей.