Бездушный

Когда я под руку с девушкой, которую выгнал отсюда десять лет назад, наконец выбрался из аэропорта, то ощутил витающий в воздухе запах многообещающего приключения.

Клифф, водитель моей семьи, стоял, прислонившись к черному лимузину у тротуара рядом с выходом из пункта выдачи багажа международного аэропорта Сан-Диего. Увидев нас, он поспешно забрал сумку у Служанки – я отправил свои вещи напрямую в Тодос-Сантос – и спрятал ее в багажник лимузина. Он рассыпался в любезностях, на которые я не потрудился ответить. Эмилия последовала за мной, осматриваясь по сторонам и наслаждаясь видом, от которого порядком отвыкла.

Да, насколько мне известно, она навещала родителей несколько лет назад, когда я жил в Лос-Анджелесе. И только.

Весь путь до особняка отца она молчала, предоставив мне время упорядочить мысли и успокоить сердцебиение. Клифф тоже держал язык за зубами, скорее всего, вспомнив, что я не отличаюсь болтливостью, в отличие от моей мачехи. Так что я даже не потрудился поднять разделяющее стекло. В итоге Служанка всю дорогу смотрела в боковое окно, делая вид, что меня нет рядом.

Эти выходные имели очень большое значение. Я планировал наконец рассказать отцу о своих планах.

Служанка ни слова не сказала об одеяле. А я не стал упоминать, как едва не взорвался мой гребаный мозг от этого жеста. Такого незначительного. Но так сильно повлиявшего на мое настроение.

Когда мы оказались в гараже на восемь машин, расположенном за домом, Клифф вытащил ее сумку из багажника.

– Думаю, мне лучше пойти к родителям. – Она указала большим пальцем в сторону квартиры прислуги. – Я очень давно их не видела. – В ее голосе звучали обвиняющие нотки, явно намекающие на того, кого она считала виновным в этом. – Надеюсь, мама уже не на вашей кухне. Ох, а мне вообще можно заходить в дом?

Еще одно обвинение. Эй! Это не я поселил их в квартире для прислуги. Честно говоря, я бы выделил им комнаты в доме, учитывая, что там практически никто не жил. Но Джозефина была хреновой высокомерной гордячкой, вот только в это никто не верил. Джо редко показывала свое истинное лицо.

– Я зайду за тобой в восемь.

– Утра?

– Нет, вечера. У меня срочная встреча с моим адвокатом. И мне необходимо, чтобы ты все записала.

На самом деле я звал ее не для этого. Я надеялся поговорить с ней обо всем в самолете, но она заснула. Иногда я забывал, что другим людям необходим сон. В среднем человек проводил во сне двадцать пять лет своей жизни. Но ко мне это не относилось. Добрую часть отведенного на это времени я бодрствовал.

Меня подмывало разбудить ее в самолете, но Служанка выглядела настолько разбитой, что мне показалось, она не поймет и половины того дерьма, которое мне необходимо ей рассказать. А это очень важно.