Босс для Несмеяны (СИ)

Народ уже приступил к этапу неумеренных возлияний, а я решила улизнуть к тебе.

— И сама, как обычно, ни-ни? — усмехается в усы Дед. — Смотри, белой вороной прослывешь. При твоем-то уровне серьезности.

— Не люблю, когда мозги набекрень.

Я сажусь на стул для посетителей и с любопытством смотрю на кучку документов, лежащих перед монитором.

— Что у тебя сегодня интересного, деда Семен?

— Скукотища, — зевает Дед. — Липовые удостоверения для новых людей твоего отца.

— Он мне не отец.

— Ну, я так, фигурально выражаясь... - деликатно исправляется он и вдруг меняется в лице. — Вот черт, нелегкая принесла!

— Кого? — непонимающе оглядываюсь я и с испугом замечаю массивную фигуру, вразвалочку идущую между павильонов прямо к нам.

Глеб!

Долго не думая, шустро соскальзываю со стула вниз и втискиваюсь в узкое пространство между стеной и картонными ящиками с каким-то офисным барахлом. Тяжелая шаркающая поступь приближается под грохот моего панического пульса и останавливается совсем близко.

От напряжения у меня аж волоски дыбом встают на руках. Не хочу видеть здесь этого урода. Зачем он сюда приперся?

Дед небрежно поправляет сбоку от себя стопку бумаг и невзначай бросает в мою сторону вопросительный взгляд. Ему прекрасно меня видно, в отличие от посетителя.

«Меня тут нет», — одними губами шепчу ему и медленно качаю головой. Мой союзник успокаивающе подмигивает, мол, не переживай.

— Что вам угодно, Глеб Юрьевич? — почтительно интересуется он.

— М-м... заказик один назрел. Срочный, для Германа, — отвечает сиплый голос жирдяя. — У тебя в загсе связи есть?

— Для Германа Юрьевича... - задумчиво чешет подбородок Дед. — Найдём. А задача какая?

— Свидетельство о рождении надо грамотно подправить. Чтоб всё официально было, и в базу попало задним числом.

— Это сложно...

— Ля! — недовольно хрюкает Глеб.

-... но можно. Если постараться.

— Так постарайся! — взрывается он, сообразив, что Дед над ним немного подшучивает. — Зря что ли тебе бабки платят, старый?.. Короче! Держи свидетельство нашей Янки и организуй, чтоб там официально стоял не прочерк, а имя ее настоящего папаши, понял?

— Э-э... имя? — вопросительно мычит Дед.

— Запиши себе где-нибудь на случай маразма. Батянин Андрей Борисович. И смотри, чтоб без ошибок, старый!

Я сижу на полу с приоткрытым ртом.

Вот так, нежданно-негаданно услышать впервые, как зовут моего биологического отца оказалось настоящим потрясением. Ведь у Германа его имя всегда было непроизносимым табу. И до этого момента я могла только с ироническим пафосом величать его Тот-Кого-Нельзя-Называть. Как будто он злой темный лорд из мрачной сказки.

Что ж, я запомню.

Никогда не будет лишним знать имя того чудовища, которое отказалось от тебя и бросило задолго до рождения.[*]

Глава 4.