Семья для мажора

— Другой разговор, — бормочу.

Пригнувшись, подхватываю ее бедра.

Обвивает мою талию ногами.

На ее языке вкус шампанского. Со стоном потрошит мои губы своими.

Быстро несу ее наверх, двигаясь по лестнице и коридору максимально бесшумно. Войдя в спальню, бросаю ее на кровать и возвращаюсь к двери, чтобы закрыть ее на замок.

— Раздевайся, — велю, стягивая с себя шорты.

Лежа поперек кровати, начинает стаскивать с себя юбку. Борется с ширинкой и пуговицей, катаясь из стороны в сторону.

Обняв ладонью свой стояк, наблюдаю за тем, как юбка улетает на пол. За ней рубашка и лифчик. Приподняв бедра, стаскивает с себя крошечные кружевные трусы и швыряет ими в меня. Подтянув вверх ноги, сгибает их в коленях и разводит, а потом просовывает между бедер руку и гладит себя.

Со стоном выгнувшись, прикрывает сгибом локтя лицо.

В горле становится сухо. Член зудит в моем кулаке. Желание оказаться в ней дергает тело и отключает напрочь мозг.

Ложусь сверху, разведя ее бедра своими.

— Девочка, значит? — сжимаю ладонями тонкие запястья и вдавливаю их в матрас.

Она ерзает подо мной. Ловит мои губы. Острыми ногтями проводит по спине, от чего вздрагиваю.

Нырнув между нами рукой, проверяю насколько она готова.

— Да… мммм… — шипит, шире разводя ноги.

Губами ловлю ее сосок.

Кровать не издает ни единого звука, потому что это долбаная Италия, все звуки исходят от нас с ней.

Жаркий стон у моего уха, когда меня обнимает горячий скользкий захват. Так туго, что я стону, начиная вращать бедрами. Ловлю самую кайфовую позицию для своего члена, но куда его не поверну, везде одинаковый кайф.

Даже когда ее ноги оказываются на моей шее, я всеми силами стараюсь не кончить и продлить этот кайф, но Анька кончает без предупреждения. Изгибается и издает стоны, от которых и меня тянет туда же. Втрамбовывая ее бедра своими в матрас, кончаю со стоном, который пытаюсь заглушить, ткнувшись лицом в матрас.

Я знаю, что должен скатиться в сторону, потому что на шестьдесят килограмм тяжелее, но не хочу шевелиться. Мну в ладони ее ягодицу и дышу ей в шею, пока ее пальцы порхают по моим лопаткам.

Ночной воздух из открытого окна охлаждает кожу, и все вместе это приятно до такой степени, что закрываются глаза.

Титаническим усилием воли переворачиваюсь на спину и сбрасываю на пол ноги, потому что мы лежим поперек кровати.

Гибкое стройное тело вытягивается вдоль моего. На грудь ложится голова.

— Беременей… — говорю сипло.

Пока буханье в груди замедляется, Аня тихо сопит рядом.

Сонным голосом спрашивает:

— Ты был сегодня “на сервисе”?

Смотрю в темный потолок, чувствуя ее губы на своей шее.

Она спрашивает о том, был ли я на автосервисе, где механиком трудится мой биологический отец. Я был там уже не один раз, правда он меня не видел.