Север и Юг

Даже Хиггинсы, так долго привлекавшие пристальное внимание, внезапно выпали из круга непосредственных интересов. Дети Бучера, после смерти матери оставшиеся круглыми сиротами, отныне перешли на попечение Мэри Хиггинс, и время от времени Маргарет их навещала. Две семьи поселились в одном доме. Старшие дети пошли в школу, а за младшими, пока Мэри работала, следила добрая соседка, чей здравый смысл удивил Маргарет в день смерти Джона Бучера. Разумеется, за помощь ей платили. В неустанной заботе об осиротевших детях Николас неожиданно проявил трезвость суждений и ясность мысли, ничем не напоминавшие прежние эксцентричные поступки.

Он так много работал, что зимой Маргарет редко его видела, а когда заставала дома, тот с недовольством воспринимал любое напоминание об отце детей, которых так искренне и великодушно принял. О мистере Торнтоне Хиггинс говорил с трудом.

— Признаться, хозяин меня озадачивает. В нем как будто живут два человека. Один — тот, которого я давно знаю, — деспот с головы до ног, а во втором нет ни унции выскомерия. Как эти двое сосуществуют в одном теле, непонятно, но я не сдамся.

Сейчас он часто сюда приходит, вот почему я увидел человека, а не фабриканта. Догадываюсь, что удивляю его ничуть не меньше, чем он меня. Сидит, слушает и смотрит, как будто я диковинный зверь, привезенный из далекой страны. Только меня не испугаешь: он видит, что в своем доме я ничего не боюсь, — так что говорю порой такое, что ему полезно услышать, пока еще молод.

— Разве он вам не отвечает? — спросил мистер Хейл.

— Не могу сказать, что преимущество целиком на его стороне. Я тоже кое-чему его научил.

Порой вдруг говорит что-нибудь резкое, на первый взгляд неприятное, но потом, когда подумаешь, понимаешь, что так оно и есть. Обещал прийти сегодня, чтобы позаниматься с детьми. Ему не нравится, как их учат, хочет сам попробовать.

— И что же они?.. — начал было мистер Хейл, но Маргарет тронула за руку и показала на часы:

— Уже почти семь. Темнеет рано. Пойдем, папа.

Она с трудом дышала, пока они не отошли на почтительное расстояние от дома, а немного успокоившись, пожалела о том, что поспешила. Сейчас они очень редко встречались с мистером Торнтоном.

Если он собирался навестить Хиггинса, в память о старой дружбе можно было бы его дождаться.

Да, он приходил теперь очень редко, да и то лишь с сухой холодной целью: изучать классическую литературу. Мистер Хейл болезненно воспринял внезапное охлаждение молодого друга к наследию Древней Греции, которое еще недавно вызывало живой интерес. Все чаще в последний момент от мистера Торнтона приходила торопливая записка с сообщением, что очень занят и вынужден пропустить урок.