Шеф-повар для демона (СИ)

Так не честно, когда это мужики умели глазки строить?

‒ Серьезно? ‒ бровки домиком, губки буквой «О», дура-дурой. Вот и зачем я так?

‒ Если у Вас появится какое-либо желание, Вы знаете, где меня найти, ‒ в этот момент мы подъехали к парадному входу замка.

Нам навстречу вышли Иезекиль и Картен, мужчины церемонно поздоровались с прибывшими. А после муж повернулся ко мне, спрашивая взглядом, почему я не следую плану.

‒ Милый, случилось страшное, ‒ муж испугался. Или он отличный актер. ‒ Мы с Альтаиром увлеклись скачкой и я немного упала, повредила каблук и подвернула ногу, ‒ все услышали мой горестный вздох и тихое ржание Альта, больше похожее на хихиканье.

‒ Кажется, я не смогу составить тебе пару на балу.

‒ Дорогая, ‒ сказал он, помогая слезть с единорога. ‒ Главное, что ты цела, а вывих заживет. А на балу, обещаю, не отойду от тебя ни на шаг, ‒ и, подхватив меня на руки, нежно поцеловал. ‒ Прости Аскольд, я помогу супруге, а потом мы встретимся с тобой. Картен пока покажет покои для тебя и твоего сопровождения.

‒ Конечно, Иезекиль, столь прелестную жену нужно окружать заботой и любовью, ‒ интонация, с которой Примо-Лорд это произнес, намекала вот совсем не на платонические чувства.

‒ А мы подождем.

‒ Ну вот и ладненько, ‒ буквально пропела я, тут на крыльцо выбежал Тайка, уже приодетый в приличные брюки и сюртук. ‒ Тай, отведи, пожалуйста, Альтаира на конюшню, яблочко ему дай, ‒ парень с сомнением покосился на животинку. ‒ Не бойся, сегодня он тебя не тронет, ‒ и мысленно добавила для Альтаира, ‒ Альт, не пугай мальчика, будь хорошей единорожкой, мы с тобой потом на озеро купаться съездим, я видела на территории, и первый пирог с яблоками на новой кухне будет твой.

‒ Уговорила, хозяюшка, ‒ съехидничал рогатый и подошел к парнишке, тот, не раздумывая, взял уздечку и вскоре они скрылись на боковой дорожке.

‒ Все, теперь можно в спальню, ‒ тихо шепнула я, но услышал не только Изя, а и ледяные Лорды. Определила по их слаженному хмыку.

Но вот как в ответ муж мне мурлыкнул: «С радостью», не слышал никто, и мне стало не по себе.

По дороге в покои мы молчали, и наше молчание показалось мне чересчур громким.

Наконец, он донес меня до покоев, шикнул на Берту, чтобы несла обед, и захлопнул дверь.

‒ Может, уже отпустишь? Я, конечно, упала, но не так как показалось со стороны.

‒ А если я не хочу отпускать? ‒ его дыхание щекотало шею и становилось одновременно приятно и как-то неожиданно.

‒ Тогда не узнаешь, почему изменились планы, и что я нашла в своей будущей кухне, ‒ щелкнула его легонько по носу.

‒ Шантажистка! ‒ наигранно воскликнул муж и сгрузил меня на диван.