Шеф-повар для демона (СИ)

Но ветерок приносил разные запахи, когда я спрашивала у него что в какой стороне находиться, и приходилось угадывать, чем пахнет, пока он носился за новой порцией. Не скажу, что запах булочек, цветов и древесины меня не порадовал, но вот навоз, сероводород и аромат кожи в процессе выделки не то, от чего я испытываю восторг. Впрочем, это хоть какая-то информация о внешнем мире. Уедут гости, и надо будет заняться вплотную изучением бытовой стороны жизни в этом мире.

Уже скоро Берта должна была принести обед, как я почувствовала чей-то тяжелый взгляд. Это отвратительной чувство, будто тебя рассматривают под лупой.

А главное, это был не один человек.

Я в ужасе заозиралась по сторонам, ведь если воздух не видно, то странные движения розы в горшке и фигуры из воды над кувшином снизу можно разглядеть. Эх, дура стоеросовая, так расслабиться и не подумать о простых мерах предосторожности. Берта же сказала, что не все уехали на охоту. Дернулись кусты справа и среди веток мелькнула блондинка в голубом, с другой же стороны на дорожке стоял Салем. Стоял и открыто смотрел, а я не знала, что мне делать. Просто скрыться за шторой было бы глупо, это же брат, но складывалось ощущение, что он поймал меня за чем-то непристойным.

Хотя подглядывал он. Мог бы и позвать. Как-то обозначить свое присутствие. Ай, была-не была, я взяла и подняла руку в приветственном жесте, потом махнула на ногу, пожала плечами и изобразила на лице вселенскую скуку. Он же, оглянувшись и удостоверившись, что нашу пантомиму никто не видит, жестами спросил, получила ли я записку. Кивнула. И насколько могла эмоционально замахала руками, мол, все понимаю, но муж посадил под домашний арест. Надеюсь, он меня понял. Тут в комнату вошла горничная и я, изобразив «прячься», нырнула в комнату, закрывая за собой окно.

‒ Что Вы сказали, Леди?

‒ Тихий ужас сидеть полдня в четырех стенах. Во сколько начнется бал?

‒ Ах, Вы об этом, ‒ улыбнулась Берта. ‒ Начало в семь, так что сейчас пообедаете и начнем потихоньку собираться, «охотники» как раз сейчас возвращаются.

‒ Да, обед сегодня поздний, ‒ я задумалась, брат, видимо, первый прискакал и начал рыскать у меня под окнами, ведь только сейчас я поняла, что его одежда была немного помятой, а сам он растрепанным.

С коня да к сестре. Либо они были близки, либо она была важна для его планов. Знать бы еще их.

Но ближе к вечеру я думать забыла о брате Селены, подготовка закрутила-завертела, вроде и решила, что простота ‒ залог хорошего вкуса, но это как с макияжем на земле. Чтобы сделать «натуральный» макияж, нужно убить пару часов, иначе от вашей естественности будет веять неестественностью за километр. Вот такая вот петрушка.

Но наконец, двери открыли и ко мне, восседающей в красивой позе на диване, подошел муж.