Шестой Дозор

 – Эрнеста не смутилась, ведьму ничем не смутишь, но ей явно не понравился вопрос. – Информация подобной важности не должна была быть утрачена. Но ее действительно нет. Отдельные второстепенные документы, намеки, мелкие упоминания в книгах… Если хочешь знать мое мнение…

– Информацию сознательно уничтожили. И в этом должны были быть замешаны несколько Иных – Светлых, Темных, Инквизиторов. В этом должны были быть замешаны маги, ведьмы, вампиры…

– В этом должен был быть замешан Шестой Дозор, – неожиданно сказала Надя. – Ведь так?

– Браво, девочка, – сказала Эрнеста. – Именно так. Мы пришли к выводу, что сами члены Шестого Дозора и уничтожили память о нем.

– Мы? – удивленно спросила пухленькая светловолосая ведьма, сидящая рядом с Эрнестой.

– Мы в Инквизиции, – пояснила Эрнеста. – Антон, к сожалению, никакой информации дать мы тебе не сможем. Никто из наших сестер не знает про Двуединого и Шестой Дозор.

– Даже у нас есть такие страшные сказки, которые мы стараемся забыть… – скрипучим голосом сказала ведьма от соседнего столика. Она была одной из немногих, кто не маскировал возраст чарами. По человеческим меркам она выглядела лет на сто. – Двуединый, милочка, одна из таких…

– Ты что-то знаешь, Мэри? – поинтересовалась Эрнеста.

– О Двуедином? – Мэри замотала головой так, что редкие седые пучки волос, уложенные в подобие кудряшек в попытке украсить лысый череп, сбились. – Нет-нет, сестра… Я знаю про Томаса-со-спичками, про Веретенце и…

– Не надо при чужих, сестра, – мягко, но настойчиво попросила Эрнеста. – Мы ценим твои истории, сестра. Но чуть позже.

Мэри закивала и даже шутливо прикрыла рот морщинистой ладошкой. Я почувствовал некое уважение к этой древней ведьме, не пытающейся скрыть свой возраст.

– Кстати, сестра, а ты ничего не забыла? – поинтересовалась Эрнеста. – И я не про Двуединого.

– Что же я могла забыть? – возмутилась Мэри.

– Ну… посмотреться в зеркало, выходя из номера… – Эрнеста дернула плечиками. – Припудрить носик… Плеснуть в лицо водой из ониксовой чаши…

Мэри нахмурилась. А потом побелела как мел. Опустила глаза, вглядываясь в начищенное столовое серебро.

Ведьмы вокруг тихонько захихикали. Какими бы сестрами они друг другу ни были, но в первую очередь они были женщинами.

Мэри поднесла руки к лицу. Встала. Убрала руки. Это уже была не старуха. Женщина – молодая и ослепительно красивая, белокурая, голубоглазая, с аристократически-правильными чертами лица.

– Ну спасибо, сестрички, – сказала Мэри ледяным тоном. – Спасибо всем, кто улыбался мне этим вечером…

– Сядь, Мэри, – сказала Эрнеста. – Всем известна твоя экстравагантность. Я полагала, что ты сознательно пришла на встречу в таком виде. Сядь и не позорься.