Шестой Дозор

У меня тревожно заныло в груди.

– Городецкий сегодня заходил в архив? – спросила Ольга у двух охранников.

Те явно растерялись.

– Да… – решился наконец ответить старший из них, шестого уровня. – Но… Он же имеет право.

– Он бы мог пройти так, что мы не заметили, – добавил второй. Вообще седьмой уровень. Надо же, подняли самых слабых на дежурство, все «в поле».

– Разумеется, – сказала Ольга. – Высший всегда может задурить голову низкоуровневому…

С этой доброй фразой она потащила меня дальше. Распахнула двери архива. Все было как и час назад – темнота, конус света над столом.

Ольга молча пошла к столу. Но я, уже предчувствуя недоброе, посмотрел на нее сквозь Сумрак. К чертям все предостережения Элен!

Ольга шла по архиву, покрытая чешуйчатой броней из заклинаний. Похоже, пока мы опускались, она активировала изрядную часть своего арсенала. На пальцах Великой полыхали разноцветные радуги заклинаний.

У стола Ольга остановилась. Оглянулась. Потрогала чайник, стоящий на столе. Открыла коробку, которую мы нашли с Элен, достала документ, глянула мельком.

– Не молчи, – сказал я.

– Элен! – позвал я. – Элен!

– Не ори, – сказала Ольга. – Нет ее здесь.

– Откуда я знаю? В Дублине, к примеру. Ты часто к ней заходил?

– Вчера и позавчера.

– Ну, год, наверное, не заглядывал… – пробормотал я, чувствуя, как наползает ужас.

– Она уехала год с лишним назад. Закончила делать свои выписки, скопировала то, что хотела, в обмен на другие документы. Ну и уехала. Надоело ей тут сидеть. Тебя что, не было тогда в Москве?

– Кто же тебе голову задурил-то? – спросила Ольга. – Высший… Ты понимаешь, что был одурачен, одурманен, околдован? Кто бы тут ни был – это не Элен Киллоран! Архив давно уже стоит пустой! Надо – спустился, свет зажег, закопался в каталоги и ищешь, что тебе надо!

– Знаешь, что самое плохое? – спросил я.

– Я помню, как Элен уезжала, – сказал я. – Она же вечеринку устраивала, прямо тут. Мы с ней даже танцевали. Я помню. Теперь – помню.

Картина была старая, похоже – итальянцы семнадцатого века. Ничего особенного, вид на венецианские каналы. Наверное, Гесер был знаком с художником или это место для него что-то значило.

Я сидел, разглядывал домики, мостики, гондолы и старался не обращать внимания на прохладу, волнами пробегающую по затылку. Будто колышутся рядом створки кондиционера, дуют холодным ветром…

– Пожалуй, хватит, – сказал Гесер. Тяжело опустил руку мне на плечо, вернулся за стол. Ольга сидела чуть сбоку, на приставленном стуле.

– Так что со мной? – спросил я.

– Наведенная амнезия. – Гесер посмотрел на меня с легким удивлением, будто я сказал глупость. – Всего лишь наведенная амнезия. Тебя заставили забыть, что Киллоран шестнадцать месяцев назад покинула Москву.