Такой финал

Это будет достаточно удобно и быстро. Так мы можем путешествовать и одновременно контролировать дела в клановых землях.

— Это очень неоднозначное решение.

— Помнишь, ты неоднократно говорил, что у тебя нет ничего, кроме империи? — Мак опустил взгляд и взглянул на засохший протез Левитании. — Сначала потерял глаз, потом обменял руки на силу. Я чуть не потерял Левитанию. Я… У меня есть кое-что, помимо империи.

Темный подмастерье кивнул в сторону девушки.

— У меня… у меня снова появилось то, что я могу назвать семьей. Моей семьей. Где-то в империи еще есть мои дети, которых я, по возможности, соберу вокруг себя. Но я не хочу… Я не буду жить ради империи.

Арт усмехнулся и закивал головой.

— Я тебя понял, — кивнул темный паладин и уставился на Левитанию. — Ну, а ты?

— Я, по-твоему, совсем чокнутая столетиями жить в столице? Ни путешествий, ни шага за границу города? Ты же от трона не сможешь отойти десятилетиями! — возмутилась девушка. — Конечно, все удобства, любая еда, но клетка остается клеткой, даже если она из золота.

Арт замолчал, пытаясь обдумать ситуацию, а Мак принялся пояснять.

— Ты ведь всегда жил ради империи. У тебя ничего нет, кроме нее. Так стань ее хранителем и правителем. Стань ее частью. Стань гарантом того, что империя будет жить.

— Во имя империи, — тихо ответил темный паладин. — Мне надо это обдумать в одиночестве.

Мак кивнул в сторону шкафа.

— Думаю, в гостиной будет удобнее. Деревня вон за тем холмом. Думаю, найдется, чем нам заняться, чтобы не беспокоить тебя.

— Вы-то точно найдете, — хмыкнул Арт, поймав коварный взгляд Левитании, и отправился внутрь шкафа.

— Пойдем, — кивнул Мак Левитании. — У нас не так много припасов. Может, получится разжиться в этой деревне?

— Мак? Помнишь, мы говорили о том, что я буду твоими руками? — заговорщическим голосом произнесла девушка и состроила коварную мордочку.

Мак достал засохшую деревяшку и показал застывший протез с оттопыренным средним пальцем.

— Ты сначала с этим разберись!

Мак осмотрел собравшихся людей и хмуро взглянул на Левитанию.

— Что-то они больше на нищих похожи, чем на крестьян, — пробурчал парень и призвал саторца-призрака, который тут же склонился в поклоне. — Кто главный в деревне?

Призрак перевел вопрос, и из толпы вышел человек. Он был единственный, на ком была нормальная обувь, остальные довольствовались сандалями из дерева и веревок.

— Мы хотим купить провизии. Что вы можете предложить?

— Они не будут продавать провизию, — ответил призрак, на ходу переводя сказанное старостой. — В стране война. Их синьора убила страшная нежить, и они не знают дальнейшей своей судьбы. Поэтому они будут хранить излишки и налог у себя.

— Им не нужны деньги?

— Нет, мой господин.