Темный маг. Книга 2. Начало пути

— Другой вопрос, откуда здесь вообще взялся Тёмный такой силы? Словно из твоих любимых романов материализовался.

— Отшельник какой-нибудь? Жил, понимаешь, своей богине тихонько молился, отшельничал здесь в глухомани. А потом его уединение так бессовестно нарушили: трупы неучтённые, ведьмы свихнувшиеся, какие-то духи под ногами путаются, да ещё и на всё это комиссия приедет… Зачем ему всё это? Вот и разобрался по-свойски, чтобы всё успокоилось и вошло в привычную колею, — предположил Егор. Но предложил он эту вполне жизнеспособную теорию как-то неуверенно, словно эта часть мозаики немного не сходилась.

— Тёмных отшельников не бывает, — вздохнул я. — Амбиции не позволят…

— Это ты сейчас как эриль сказал? — спросила Ванда Егора, перебив меня.

— Нет. — Он покачал головой и неожиданно саданул кулаком по стволу берёзки. — Я не могу просчитать Тёмных, практически не могу составить карту вероятностей на большинство обычных людей, и не могу ничего сказать про Гаранина. И не могу даже представить, кто ещё в итоге окажется в этом списке, — процедил он. — Вот такие эрили несовершенные маги.

Мы снова замолчали. Бессонная ночь дала о себе знать, и я, на секунду прикрыв глаза, почувствовал, что начинаю проваливаться…

Удар был настолько сильным, что я едва не свалился прямо под ноги беснующегося быка. Беору надоело ждать, пока мы слезем, и он решил начать действовать. Видимо, Тёмный действительно очень сильно подорвал его силы, потому вёл себя демон, как самый обычный бык. Беор надрывно мычал, разбегался и таранил несчастную берёзу всей своей тушей. Таким нехитрым образом он вполне мог добиться определённого успеха — или берёза в итоге не выдержит и сломается, или мы дружно с неё, в конце концов, свалимся. Оба варианта обиженного демона вполне устраивали.

Первой не выдержала Ванда. Я это понял, когда мимо меня пролетел довольно сильный воздушный удар — этакий смерч в миниатюре. Подозреваю, что Ванда просто шибанула по быку чистой силой без какого-либо преображения. Да и не знаем мы особо никаких преображений, нас этому ещё не учили. Её удар послужил своеобразным сигналом, потому что мы с Егором тут же присоединились к ней, начав осыпать Беора всем, что только приходило нам на ум.

Приходило до обидного мало, но в отличие от той же Ванды, мы хотя бы теоретически знали некоторые заклинания, которые можно очень условно назвать боевыми. Всё-таки мотивация — великая вещь: мне практически с первого раза удались и сгусток силы, и стрела, которую мне показал Ромка. Именно ей он атаковал Гвэйна при их первой встрече. Это было сочетание двух стихий: воздуха и воды. Я даже смог изобразить увиденный мною единственный раз в исполнении Демидова Импаро.

Да я даже призыв использовал.