Тень змея

Этот обряд можно проводить и на расстоянии, ведь это благотворное заклинание, и тень сама будет рада помочь тебе. Отправь ее на поиски Беса, и она… она вернет его.

– Сейди. – Анубис обхватил меня рукой за плечи. Его карие глаза смотрели на меня с сочувствием. – Пожалуйста, не заставляй его говорить больше, чем необходимо. Ему нужны силы, чтобы провести обряд.

Уолт запел. Затем поднял руку с зажатой в ней восковой фигуркой, смутно похожей на крохотное изваяние Беса, и прижал ее к тени на стене.

– Но он же умрет! – всхлипнула я.

Анубис обнял меня. От него пахло храмовыми благовониями – копалом, амброй, еще чем-то неуловимым.

– Он родился под сенью смерти, – сказал Анубис. – Вот почему мы так хорошо понимаем друг друга. Если бы не Жас, он свалился бы гораздо раньше. Но она дала ему еще одно, последнее, снадобье. Оно позволяет смягчить боль и дает дополнительный выброс энергии на случай крайней необходимости.

Мне тут же вспомнился сладкий запах от губ Уолта.

– Он уже выпил его недавно. Когда мы удирали от Нейт.

– Его действие уже ослабевает, – кивнул Анубис. – Ему едва хватит сил, чтобы завершить обряд.

– Нет! – Мне хотелось заорать и наброситься на него с кулаками, но вместо этого я совсем скисла и разревелась. Анубис крепко обнимал меня, а я хлюпала носом, как маленькая.

Я не пытаюсь оправдываться. Мне просто была невыносима мысль, что я потеряю Уолта – даже ради того, чтобы вернуть Беса. Ну хотя бы раз, один разочек, можно добиться победы, не принося непосильных жертв?

– Ты должна смотреть, что он делает, – сказал мне Анубис. – Учи заклинание, это единственный способ спасти Беса. И оно же понадобится тебе, чтобы изловить тень Змея.

– Мне все равно! – закричала я, но все же продолжала смотреть.

Уолт все пел, и восковая фигурка постепенно впитывала в себя тень Беса, как губка – воду. Вскоре воск стал черным, как сурьма.

– Не плачь, – мягко сказал Анубис. – Смерть для него не конец.

Я замолотила кулаками по его груди, хоть и без особой силы.

– Слышать этого не хочу! И тебя вообще здесь не должно быть. Разве боги не запретили тебе приближаться ко мне?

– Верно, запретили, – не стал спорить Анубис. – Потому что у меня нет смертного воплощения.

– И как же тогда ты тут оказался? Здесь ведь не кладбище. И этот храм не твой.

– Не мой, – опять согласился Анубис, а потом кивнул на Уолта. – Смотри.

Над потемневшей восковой фигуркой вспыхнул серебром символ «Соединись»:

Это было то же самое магическое слово, с помощью которого я восстановила сувенирную лавку в Далласе, а Амос склеил расколотое блюдце в прошлое Рождество, демонстрируя нам, как работает магия. И с убийственной уверенностью я поняла: это последнее заклинание Уолта.

Он покачнулся и упал.