Тиберианец

— На логр обменяешь? — Глеб недобро прищурился, кулаки сжались.

Сыть опасливо отодвинулся.

— Ну чего сразу так?

— Ничего, — Глеб сдержался, рассматривая карту. — К скалам схожу. И не надо Смещением народ пугать. Мертвые те порталы, сколько веков минуло, а не работают. В прошлый раз какая-то аномалия приключилась.

— Ага. Аномалия. Как же. Половина деревни сгинуло, — Сыть сплюнул. — Сам-то подумай, даже если мегалиты не сработают, разве зверье ополоумевшее из леса не побежит, а? Ты ведь много читал, знаешь, — в Сумерках все с ума сходят. Что люди, что звери, что твари инопланетные.

Думаешь мурглы так и просидят в своей пещере под холмом? Или у них тоже крыша поедет? Молчишь? То-то же. Оружие нам надобно. Не косы да грабли, а настоящее оружие, каким тиберианцы пользовались.

— Ладо, не дави. Сказал схожу, значит схожу. Вот только о Насте не заикайся. Захочет, сама на меня взглянет.

Торговец промолчал. Свое дело он знал, парня обещанием зацепил, подзадорил, а выйдет ли толк, вернется ли тот живым, — время покажет. Когда всю жизнь чужими руками жар загребаешь, невольно научишься терпению.

Ночью спалось плохо.

Глеб ворочался с боку на бок, изредка проваливаясь в тяжелую дрему, а незадолго до рассвета не выдержал, встал, умылся и начал собираться в путь.

Сыть прав, как ни крути. Горстке людей не пережить грядущего Смещения. Надо отыскать огнестрельное оружие и патронов побольше, а еще лучше — безопасное место, где можно укрыться всей деревней.

Он вышел спозаранку, налегке. Брать в дорогу было нечего, жили бедно, едва перебиваясь от урожая к урожаю.

Почему так? Ответ прост. Когда в небе вместо солнца переливается сгусток энергий гиперкосмоса, растения ведут себя странно.

Бывает зацветут, но не плодоносят, а то и вовсе зачахнут на корню без видимой причины, и потому упорный крестьянский труд далеко не всегда вознаграждался.

Проселок давно зарос. Им никто не пользовался, лишь старая колея, выбитая телегами, указывала направление.

Гиблый Лес темнел километрах в десяти. В последние годы туда вообще никто не ходил. Дураки да психи быстро перевелись. Раньше, еще при тиберианцах, опасных хищников здесь вообще не водилось, — их встречали в предгорьях и беспощадно отстреливали отряды специально обученных егерей, но теперь старые укрепления пустуют, а инопланетные твари свободно шатаются по окрестностям, нагоняя жуть на сельчан.

К холму, окруженному руинами, он добрался только после полудня.

Поваленные мегалиты темнели на желтоватых склонах. Их выворотило и опрокинуло. Земля окрест застыла пологими волнами, образующими множество концентрических окружностей.

Вспышка травматической памяти живо нарисовала совсем другой пейзаж: низкое багряное небо, сполохи молний, хлещущий по земле ливень.