Верни мне себя

Ведь так легче держаться за свои принципы.

– Как слепому не понять зрячего, голодному – сытого, а бедному – богатого, так и человеку без принципов не понять того, у кого эти принципы есть, – ядовито бросаю отсылку к его же словам.

– Принципы… – он слегка усмехается, и эта насмешка вызывает во мне новый прилив злости. – Знаешь, почему ты презираешь и избегаешь женатых мужчин?

– Потому что вы ненадёжные мерзкие лжецы!

– Нет, моя девочка! Твой принцип построен на одном лишь факте – ты в каждом женатом мужчине видишь своего отца, который когда-то причинил неизгладимую боль твоей матери и тебе в том числе.

Его слова метко бьют прямо в цель. Глаза наполняются слезами так резко и неожиданно, что я не успеваю сдержать их поток. Меня начинает трясти. Горячие капли одна за другой скатываются по щекам.

Я даже не замечаю, как Янис сокращает между нами расстояние и, коснувшись моей щеки, начинает стирать слёзы тёплой ладонью.

– Но претендует на место у твоего плеча, – выплёвываю с пренебрежением, вспомнив, как она по-хозяйски взяла его под руку в тот вечер.

– Потому что она прожила всю свою жизнь у этого плеча и уже не помнит другой жизни.

– Прости мне мой эгоизм, Янис. Но я претендую на мужчину целиком и делить его по частям с другими не намерена. Поэтому нам явно с тобой не по пути.

– Ты меня не слышишь! Я тебе уже сказал, что разведусь. Это лишь вопрос времени!

Он бережно обхватывает моё лицо обеими руками и притягивает к себе. Я пытаюсь вырваться из его хватки, но Янис не позволяет этого сделать. Держит крепко, хотя физической боли не причиняет.

– Я клянусь тебе, что единственная ложь, которая была между мной и тобой – это моё официальное семейное положение, – произносит, смотря прямо в мои глаза. – Всё остальное, что я говорил тебе раньше и говорю сейчас, – правда. Я хочу, чтобы ты осмыслила это и приняла.

– Я не хочу всё это принимать и осмыслять!

– Знаю, – мягко улыбается. – Потому что, если ты сейчас позволишь себе поверить мне, то почувствуешь поражение. Однако, когда всё-таки решишься проиграть самой себе, ты поймёшь: война происходила только в твоей голове. А, значит, проигравших нет.

Я пытаюсь осмыслить его слова, но в голове бардак из мыслей и эмоций.

– Спасибо, что выслушала, – заключает он и, наконец, отпускает меня.

Делаю шаг назад, стараясь восстановить равновесие. Глубоко вздыхаю и, пытаясь сохранить твёрдость в голосе, спрашиваю:

– Теперь ты оставишь меня в покое?

Он смотрит на меня внимательно и отвечает с лёгкой улыбкой на губах:

– Нет. Теперь я буду возвращать твоё доверие.

Откинувшись на спинку кресла, я наблюдаю за тем, как Зои, девушка Алекса, сладко спит, положив голову ему на грудь. Не было и дня, чтобы она не пришла к нему. И чаще всего она остаётся здесь на ночёвку.