10
0Миссис Инглторп снова вернулась в будуар. Цинтия пристально посмотрела ей вслед.
— Интересно, в чем дело? — обратилась она к Лоуренсу.
Казалось, он ее не слышал, потому что, не говоря ни слова, резко повернулся и вышел из дома.
Я предложил Цинтии поиграть перед ужином в теннис. Она согласилась, и я побежал наверх за ракеткой.
Миссис Кавендиш в этот момент спускалась по лестнице. Может, мне показалось, но, по-моему, она тоже выглядела странной и обеспокоенной.
— Ваша прогулка с доктором Бауэрштейном удалась? — спросил я, стараясь казаться как можно более безразличным.
— Я никуда не ходила, — коротко ответила она. — Где миссис Инглторп?
Мэри сжала перила лестницы, потом взяла себя в руки и, видимо решившись, быстро прошла мимо меня вниз по лестнице через холл к будуару, дверь которого закрыла за собой.
Когда несколькими минутами позже я торопился к теннисному корту, мне пришлось пройти мимо открытого окна будуара, и я не мог не услышать обрывка разговора. Мэри Кавендиш говорила тоном женщины, которая отчаянно старается владеть собой:
— Значит, вы мне не покажете?
— Моя дорогая Мэри, — ответила миссис Инглторп, — это не имеет ничего общего с вами.
— В таком случае покажите мне!
— Я говорю вам, это совсем не то, что вы вообразили. И совершенно вас не касается.
— Разумеется, — с горечью произнесла Мэри Кавендиш, — я должна была знать, что вы станете его защищать.
Цинтия ждала меня и встретила с нетерпением.
— Послушайте! — сказала она. — Это была ужасная ссора! Я все узнала от Доркас.
— Между ним и тетей Эмили. Надеюсь, она наконец узнала о нем всю правду!
— Значит, там была Доркас?
— Конечно, нет! Просто так случилось, что она оказалась около двери. Это был настоящий скандал! Хотела бы я знать, в чем там дело?
Я вспомнил цыганское личико миссис Рэйкс и предупреждения Эвлин Ховард, но мудро решил промолчать. Тем временем Цинтия израсходовала все гипотезы и весело пришла к заключению, что теперь «тетя Эмили его прогонит и больше никогда не захочет с ним разговаривать».
Мне очень хотелось повидать Джона, но его нигде не было видно. Явно произошло нечто важное. Я старался забыть те несколько фраз, которые мне случайно довелось услышать, но никак не мог выбросить их из головы. Каким образом, однако, все это касалось Мэри Кавендиш?
Когда я спустился к ужину, мистер Инглторп был в малой гостиной. Лицо его, как всегда, было бесстрастным и невозмутимым. Меня снова поразила странная нереальность этого человека.
Миссис Инглторп спустилась к ужину последней. Она все еще выглядела возбужденной, и во время ужина за столом стояла какая-то довольно неприятная, напряженная тишина.
