Второе дыхание (СИ)

Покоробило от перспективы. Перехватил ладонь, завернул хищную лапку за спину и поволок нахалку вон из кабинета. А она верещала:

— Чего вы прикидываетесь! Все и так знают, что Вас этим тендером любящий папочка купил. А дочь идёт в комплекте с договором на стройку. Но она же никакая, ничего не умеет, ничем не порадует, кроме приданого. А мужику нужен регулярный секс и нормальная баба. Всё равно будете искать любовницу. А зачем её искать, если мы так друг другу подходим и уже работаем вместе?

Сука, ну, как такое в голове появляется? На хер ему сдалась эта идиотка? С чего она вообще взяла, что нравится ему?

Да, но день сюра и трындеца, меж тем, и не думал заканчиваться.

Когда он подтащил упирающуюся и пытающуюся вывернуться из захвата бывшую свою секретаршу к двери, последняя, естественно, распахнулась.

— Ой, а я ужин привезла, — выдохнула София: золотистая блондинка с васильковыми глазами в синем платье с широкой летящей юбкой и рукавами-фонариками. У Веры было такое на выпускном из детского сада.

— Это Вы удачно зашли, — рыкнув на одну, вторую кивком пригласил в кабинет, — Светлана уже уходит. И больше со мной не работает. Ясно? С вещами на выход. Сейчас.

Роковая брюнетка зло сверкая глазами и шёпотом бормоча проклятья вылетела из приёмной, прихватив только маленькую дамскую сумочку.

Артём потёр руками лицо, тряхнул головой и пошёл в кабинет.

Там его ждал второй раунд Мерлезонского балета.

62. Ульяна. Август. Санкт-Петербург

Открывать свою жизнь заново оказалось удивительно и приятно. Даже на стадии планирования восторженные пузырьки уже булькали в животе. Пятница оказалась полна неожиданных приятностей: старшим детям нашёлся шикарный городской лагерь с психологическим сопровождением, где их готовы были принять уже в понедельник; доставка еды на неделю решила вопрос с пропитанием тех, кто оставался «на городу»; первая свекровь, живущая по соседству, согласилась по утрам сидеть со спящей Любой, пока я буду отвозить старших в лагерь; краткие отчёты Сени и Поли о состоянии родителей внушали оптимизм и успокаивали семейную паранойю.

Плюс, внезапно позвонившего после обеда, Львёнка мне было чем порадовать: я успела с утра, приглядывая за хозяйствующими дочерями, написать три спецификации и довязать набор подставок под чашки. И планы вязальные на последнюю «гипсовую» неделю имела грандиозные.

В лучших традициях внезапного «совещательного голоса», ближе к вечернему купанию позвонила Шуша:

— Эх, Шпулька моя, как я тебя здесь вспоминаю!

— Надеюсь, местные жители от твоего забористого лексикона при этом не вздрагивают, и не разбегаются? — на душе благостно, можно даже немножко шутить. Ну, на пробу, так сказать.