Второе дыхание (СИ)

Но мне скрывать нечего, потому честно ответила, что сначала в оздоровительный центр на Ваську к остеопату поправить спину, поврежденную гипсом, потом в «12 коллегий», за девочками. Ну а затем, домой, само собой.

Мне показалось, что ответом он был очень удивлён. Выглядел таким взъерошенным совёнком с выпученными глазами. И тогда, и вечером, когда мы, вернувшись дружною толпой, его напоили чаем с пирогами из «Штолле» да отпустили с миром.

В итоге к вечеру среды оказалось, что жизнью я, неожиданно, довольна. Дети старшие радовались ежедневному выездному развлечению, младшая получала разнообразие суетящихся вокруг неё взрослых и стоически терпела ненавистный гипс, я успевала и по дому пошуршать слегка по хозяйственным надобностям, и повязать, и погулять. Чаще всего совмещая два последних действия.

Сеня докладывал, что матушка идёт на поправку и, может быть, в пятницу даже вернётся домой. Поля как-то повлияла на ситуацию с отцом и вроде бы маму можно, таки, домой пускать. Муж не отсвечивал.

Из самого важного на этой неделе (не считая ежедневного расписания) у нас был в субботу травматолог-ортопед. Ну и Львёнок в воскресенье с очередными вязаными передачками для его матушки. Кстати, случайно попалась на глаза схема енота, нашлась подходящая пряжа и он вдруг, как зашёл. Короче, будут Львёнку ещё и енотики. Штуки три. Семья.

Если честно, эту часть своей жизни я воспринимала скорее, как развлечение. А когда вдруг на одну из моих карт начали сыпаться непонятные суммы, слегка удивилась и даже насторожилась. Пока по видеосвязи Леон мне, немолодой уже лопушке, не объяснил, что это они — мои грядущие миллионы. По этому поводу ещё раз уточнил про «взамуж», снова был послан. Наконец-то поржал, получив очередной отказ. И явно что-то задумал, потому что вид имел уж больно загадочный, решительный и коварный одновременно.

Проанализировав свои статьи расходов и доходов и произведя нехитрые подсчёты, поняла, что в ближайшие пару-тройку лет я во внешнем финансировании не нуждаюсь. Могу, между прочим, и на работу не ходить. И без алиментов мы не помрём. Даже если моя вязальная эпопея закончится «вот-прям-щаз».

Похвалила себя. Решила купить маме сумку или туфли. Она давно хотела что-нибудь удобное, красивое, дорогое, новое. Выйдя на пенсию, подобные траты она стала позволять себе крайне редко. Думаю, за Нину Эдуардовну, её идеи и настойчивость, мама вполне заслужила приятный бонус.

Вот, вернётся дорогая родительница из госпиталя домой, придёт слегка в себя, тогда и спрошу у неё, чего её душенька желает.

Постановив, что я хорошая не только мать, но и дочь, снова похвалила себя.

Это для меня было удивительно. Но приятно.

Хорошая традиция внезапно у меня образовалась. «Не похваленной» точно при таких условиях ходить не буду.