Второй брак 2

 — Конечно, это дела чужой империи, но я не могу остаться в стороне, когда обвиняют невинного человека.

Он улыбнулся, и Анаис тоже. Ее глаза засияли при виде этого человека, а улыбка стала поистине глуповатой, когда она посчитала, что ее поддержали.

Судя по всему, в отличие от меня, никто не забыл о том, что должен был приехать кронпринц Лета, но никто не знал, что он прибыл, из-за чего на их лицах читалось удивление.

— Ваше Высочество, кронпринц империи Лета, какое счастье, что вы здесь. — нежно пропела Анаис. — Пожалуйста, расскажите все, что вы знаете. Это поможет Рейнарду Фактору…

— Рейнарду? — Дарен посмотрел на нее.

 — Нет, я говорил о леди Ирэнии. Она не пропадала, и не было поводов для беспокойства. По моей просьбе она помогала мне и любезно согласилась сопровождать, пока я пребываю здесь.

Анаис захлопнула рот, встретившись с обезоруживающей улыбкой кронпринца империи Лета и его внезапным аргументом. Я тихо выдохнула. Как же он вовремя, Боже.

Никто не мог отказать кронпринцу другой страны в сопровождении — будь ты хоть замужем или помолвлена, иначе это было бы крайне негостеприимно и оскорбительно. В таких просьбах не было ничего странного или порочащего.

У меня было прекрасное алиби теперь.

В этот момент лицо Анаис стоило видеть. На нем было написано предельно откровенное возмущение, словно Дарен только что грязно предал ее. Она надеялась на иное, но Дарен своими словами окончательно защелкнул наручники на Рейнарде.

— Ох, вы уверены? — вырвалось у нее, и Кейл посмотрел на нее так, что она тут же заткнулась и дернулась. Одного взгляда хватило.

— Спасибо, Дарен. — обратился Кейл к нему. — Сожалею, что пришлось застать такую картину.

— Случается.

 — просто ответил Дарен, не сводя взгляда с Рейнарда, все еще сидящего на коленях. На лице моего бывшего мужа отражалась целая гамма эмоций. Кажется, он осознавал, что его ждет. Это была смесь шока, злости и даже легкого оттенка страха.

Я тоже смотрела на него, не понимая, что я чувствую сейчас.

Мы словно поменялись местами. В прошлой жизни я была в таком унизительном положении, получившая внезапный удар в спину и чувствовавшая на себе липкие шепотки аристократии, обсуждающей мою дальнейшую судьбу. Его слова были тем, что перевесило чашу правосудия не в мою пользу.

Что он чувствовал в тот день?

Я не могла ощутить жалость, но на сердце почему-то словно лежал камень.

Он причинил мне такую боль, что я не могу описать словами. До конца жизни я буду помнить, как раздирала она душу и сердце. В этом мире нет ничего, что способно было бы залечить следы от нее. Они навсегда останутся шрамами глубоко внутри.

Но сейчас я получила ответ на свой вопрос. Он никогда не любил меня искренне. Его чувства не гасли из-за каких-то проблем, их просто особо и не было.