Гадюка в сиропе

На бампере была кровь, причем достаточно свежая. Дверь подъезда хлопнула, появился Андрей, мрачный, с ведром воды.

– Здрасте, Лампа Андреевна, – буркнул он, – чего глядите?

– Фару разбил?

– Ага, – нехотя ответил он и начал мыть бампер.

Я смотрела, как вода в ведре делается розовой, и не утерпела:

– Что случилось?

Сосед мрачно буркнул:

– Ерунда вышла. Ехал по Ферапонтовской улице, чин чинарем, никаких проблем. Вдруг девчонка появляется, вроде Лизы, мелкая, а на поводке у нее пес, здоровый такой, черный, лохматый. В общем, я еду, они по тротуару идут. И тут кошка! Собака со всей дури как рванет! Девка ее не удержала, псина аккурат мне под колеса вломилась. Ничего сделать не смог. Уж как мне погано, и передать не могу!

– Мне казалось, что ты раньше в банде состоял, – сказала я, наблюдая за его ловкими движениями, – должен был привыкнуть к трупам и крови.

– Я бойцом мало бегал, – разоткровенничался Андрей, – «быки»-то долго не живут. Думаете, почему они шикуют: девки, кабаки, брюки из золота? А потому, что в курсах – ну год ему, ну два, а потом все равно либо чужие приложат, либо свои успокоят.

– Свои-то за что?

– Чтоб не болтал по пьяни, язык не распускал, в группировке, знаете, кто выживает?

– Кто?

– Либо совсем идиот, ну такой, что мозгов совсем нет, живая лопата, копает себе и доволен. Его и опасаться никто не станет. Либо умный и хитрый, такой, что дуриком прикинулся и у хозяев интереса не вызвал. Знаете золотое правило, ну как себя вести надо?

– Нет.

– Не верь, не бойся, не проси! То есть никому, кроме себя, не доверяй, ничего не опасайся, умирать-то один раз, и ни у кого не одалживайся. Вот тогда, может, и уцелеешь, если повезет, конечно, – пояснил Андрей и вылил воду в сугроб.

– Тебе повезло?

– Ага, теперь легальный бизнесмен.

– И все связи оборвал?

Он крякнул:"

"– Ну, Лампа Андреевна, вы чисто прокурор. Другой кто за такой интерес по сусалам огреб бы. Одно только скажу, ежели, к примеру, кто из ваших друзей придет и попросит: «Помоги», чего делать, скажите?

– Ну…

– Вот и я ну… – хмыкнул браток и швырнул тряпку в ведро. – Пошли, чаю глотнем, а то я весь испереживался.

– Экая у тебя натура тонкая, – поддела я его, – при виде крови бледнеешь. Неужели всех людей так жаль?

– На людей мне насрать три кучи, – пояснил парень, распахивая дверь в подъезд, – да только на дороге собака была, вот это жуть!

ГЛАВА 22

Я не стала пить чай, а, сославшись на головную боль, отправилась к себе и плюхнулась на неразобранную кровать. Из кухни доносились голоса. Наверное, Лиза достала из холодильника колбасу и поит соседа чаем. Вот уж кому все происшедшие в семье неприятности пошли на пользу! Девочка здорово изменилась. Из глуповатой, инфантильной неумехи она превратилась в милого, веселого и очень активного подростка.