Гадюка в сиропе

Я смотрела на него во все глаза. Ну кто мог предположить, что он настолько деликатен?

– Казин, Мазин, Пазин, – засмеялась Лиза, – какая у тебя смешная фамилия.

– Ой, – вздрогнула я.

– Что случилось? – одновременно спросили Андрей и девочка.

– Зуб заболел, – моментально соврала я, чувствуя, как невидимая рука стискивает горло.

– Надо к врачу, – посоветовал сосед.

Не в силах ничего сказать, я кивнула. Лиза права, к этой фамилии легко подобрать рифму – Казин, РАЗИН! Я нашла наконец человека, послужившего прообразом Степана, и этот человек вызывает у меня с каждой минутой все больше и больше подозрений.

Утром я уже совсем собралась ехать на Новохерсонскую улицу, когда раздался звонок в дверь. На пороге, улыбаясь, стоял Юра Грызлов.

– Ехал мимо, решил зайти. Ну как деятельность Ниро Вульфа? Нашла Емельяна Пугачева?

– Степана Разина, – коротко поправила я. – Я нахожусь на завершающем этапе, Лена скоро окажется на свободе.

Юра хохотнул:

– Ну, дай бог нашему теленку волка съесть!

Мы сели на кухне и выпили кофе. Юра начал жаловаться на то, что новая его книга отчего-то плохо раскупается.

– На мой взгляд, там слишком много секса и крови, – робко сказала я, – конечно, я ничего не понимаю в литературе, но являюсь, так сказать, профессиональным читателем и, знаешь, главного убийцу вычислила у тебя сразу."

"– Да ну? – расстроился он. – Наверно, исписываться начинаю.

– Давно ты в детективном жанре работаешь?

Грызлов закатил глаза:

– Я родился в 1960 году, а первый рассказ написал еще в школе, классе во втором, так и поехало. Графоман, что поделать, ручки шаловливые так и тянутся к компьютеру.

– Ты закончил Литературный институт?

Он покачал головой:

– Нет, педагогический областной, он в то время носил имя Крупской.

– Как тебя угораздило туда документы подать? – изумилась я.

Юра махнул рукой:

– И не спрашивай. Я ведь не москвич, отслужил в армии и явился столицу покорять. В МГУ на филфак не попал, на журфак даже и соваться не стал, без шансов, туда только блатных брали. По дури в Институт международных отношений двинул, МГИМО. Думал, корреспондентом в Париже или Лондоне стану после окончания. Вот идиот. Естественно, на сочинении огреб двойку, тут мне добрый человек и посоветовал документы в пед подать. Мальчик, да еще после армии – самый их кадр. Я и попал на отделение дошкольного воспитания – в группе четырнадцать девочек и Юрочка. Классное время. Кавалеры наперечет, нас девицы на руках носили. Жил я в общежитии, так можешь представить, четырехразовое питание имел. Студенточки одна другой лучше готовили. Ну а потом в газете работал, малотиражной, «Московский метрополитен» называлась, потом книги пошли…

– Ты же писал вместе с Андреем Мальковым?

– Да.