Гадюка в сиропе

До семи утра комната была в их распоряжении. Иногда Юрий заглядывал к влюбленным и пропускал с ними рюмашку.

Через полгода он искренне начал считать Разина своим зятем. Потом случилось страшное."

"Зимней ледяной ночью здание гостиницы вспыхнуло, как костер. В лагере из работников были только дежурный на КПП, Юрий да охранники. Дежурный нарушал должностную инструкцию, задавая храпака на диване, парочка охранников мирно резалась в домино. В Козлятинске никогда ничего не случалось. В эту зону отправляли первоходок, людей, которым не было никакого смысла бежать – догонят и навесят еще срок. Вот лагерная охрана и расслабилась. Словом, когда пожар заметили, огонь уже сжирал крышу. Поднялась суматоха, послали за пожарными. В самом Козлятинске команды не было, машину гнали из соседнего Мокеева… В общем, когда труженики багра и брандспойта явились по вызову, от старой деревянной гостиницы не осталось ничего.

Наутро на поверке недосчитались Степана, опять поднялась суматоха. К тому же на работу не вышел Юрий Николаев, остался закрытым и медпункт.

Около полудня на прием к начальнику лагеря запросился Семен Шальнов. Мужик рассказал «хозяину» невероятную историю. Вчера после обеда Степка Разин пожаловался Семену на отрядного Николаева.

– Вот гад, подсовывает мне свою сестру, просчитал, что у меня в Москве квартира, дача и родители-пенсионеры. Хочет, чтобы я на Верке женился, и таскает меня в гостиницу к ней на свиданки, а я отказать боюсь, только не говори никому, узнает – со свету сживет.

Семен пообещал молчать, но утром, сопоставив факты, побежал к начальству. На пепелище и впрямь были найдены фрагменты человеческих костей, но эксперты затруднились сказать, сколько человек погибло – один, два, три…

Местное начальство, чувствуя, что сейчас вот-вот с погон полетят звезды, быстренько рапортовало в Москву. Версия выглядела безукоризненно. В результате неисправности электропроводки в построенной при царе Горохе гостинице начался пожар. При тушении погибли двое – отрядный Юрий Николаев и осужденный Степан Разин, о Верочке решили не вспоминать, словно ее и не существовало. Вера и Юра не имели родственников, и никто не поинтересовался, куда подевалась молодая женщина. Приехавшую из Москвы для разбора происшествия комиссию упоили до свинячьего визга, устроив сначала охоту, а потом баню с немеренным количеством спотыкача – местной самогонки.

И хотя народ шептался, будто дело нечисто и Верочка тоже сгинула в пламени, никто из комиссии не услышал этих речей. К тому же в комнате, где проживала Вера, не нашлось никаких ее вещей, чьи-то руки позаботились спрятать концы в воду.

Степана Разина объявили умершим и отправили родителям соответствующую бумагу.