8 дней, 9 ночей (СИ)

Как бы не стало у нас с тобой традицией – приземляться в аэропорту и сразу с температурой падать! Ветер сегодня был все-таки сильный…

Да, ветер… Я немного зависла, с трудом переваривая эти ее слова и почему-то концентрируясь лишь на отдельных из них. Ветер… Аэропорт… Падать… Эй, я не хочу падать! Так не пойдет!

- Ты не слышала метеосводку? – еще более рассеянно проговорила я.

- Что? – переспросила она, удивленно уставившись на меня. – Прогноз погоды, в смысле? Где именно?

- Не прогноз – сводку… – машинально повторила я, и мы уставились друг на друга.

В Настиных глазах отразилось недоумение, а в моих, вероятнее всего, какая-то необъяснимая тревога.

- Ксюшик, что с тобой? – спросила она, приостанавливаясь.

Я помотала головой, сбрасывая какое-то легкое оцепенение.

- Ничего, – я поспешила улыбнуться. – Все в порядке! Просто так, мысли…

Настя приподняла бровь, слегка нахмурилась, но ничего не сказала, и мы пошли дальше. Коридор впереди делал небольшой поворот, после которого мы сразу увидели входной люк, возле которого стюардессы приветствовали пассажиров и указывали им на их места в салоне.

Подошла и наша очередь.

Но переходя на борт самолета с металлической подножки посадочного «рукава» я вдруг оступилась и едва не упала… Настя успела меня поддержать. Выпрямившись, я что-то виновато пробормотала и внезапно осознала, что у меня немного кружится голова, а сердце отстукивает немного учащенный, беспокойный ритм.

- Вы не ушиблись? – спросила одна из стюардесс, поддерживая меня за локоть и при этом внимательно глядя мне в глаза.

Разумеется, техника безопасности. Она хочет убедиться, что я не пьяна и не под кайфом.

- Все в порядке, спасибо, – ответила я со скромной улыбкой.

– Всего лишь каблук зацепился…

Тогда и она улыбнулась в ответ, взглянула на билеты и объяснила, где находятся наши места.

Я и так знала, где они находятся. Я знала этот лайнер не хуже любого из членов экипажа, включая командира. Но пройдя в салон я также знала еще одно – сейчас мне впервые пришлось испытать страх перед посадкой в самолет. И этому страху у меня не было никакого объяснения.

Мы с Настей прошли по проходу и заняли свои места почти в середине салона первого класса по правому борту. Я предложила Насте сесть возле иллюминатора, из которого было видно переднюю кромку крыла и часть массивного двигателя, а сама заняла крайнее место.

Усевшись, я огляделась по сторонам и наконец встретилась взглядом с Настей.

- Ксюшенька, что с тобой такое? – спросила она, придвинувшись поближе. – Ты была такой веселой и счастливой сегодня, а сейчас…

- Не знаю… – отозвалась я, опуская глаза и беря ее за руку. – Сама не пойму… Да не обращай внимания! Может я и правда заболеваю, потому и чувствую себя неуютно… Продуло, наверное, когда гуляли.