8 дней, 9 ночей (СИ)

- Что? – проговорила я, не понимая о чем речь.

- Пошли, посиди с нами…

- Послушайте, молодой человек, – не слишком резко, но внушительно сказала я, – оставьте меня в покое. У меня нет желания общаться. Тем более, куда-то с вами идти. Вам это понятно?

- Да брось! Пошли… – и он положил мне руку на плечо.

Это было уже чересчур. Я раздраженно стряхнула его руку и раскрыла было рот, чтобы объяснить в более понятных выражениях, как вдруг где-то совсем неподалеку раздался спокойный голос, знакомый мне лучше, чем чей бы то ни было, и в голосе этом прозвучала холодная угроза:

- Никогда больше не трогай ее своими лапами!

Я подняла голову и увидела возле столика Настю.

И это было настолько неожиданно, что я немного растерялась, не веря своим глазам. Но это точно была она! Стройная и высокая, в изящном серо-стальном жакете, в такого же цвета недлинной юбке и в сапожках на тонкой шпильке. В тени локонов завитых волос ее темные глаза блеснули холодными искорками. Только смотрела она не на меня, а на того молодого человека, который только что позволил себе столь бесцеремонно ко мне прикоснуться.

Но тот, по-видимому, серьезности ситуации вовсе не осознал и протянул с пьяной усмешкой:

- О-о… Какая шикарная! Ты ее подружка что ли?.

. Ну так присоединяйся! – и он, схватив Настю за край рукава, попытался притянуть ее поближе.

И это было последней ошибкой.

Настя мгновенно перехватила его руку, с силой дернула на себя и резко повернула. Мне показалось даже, что я услышала глуховатый хруст. Меня слегка передернуло, и я поморщилась.

А незадачливый пикапер уже лежал на полу, лицом вниз и верещал во все горло:

- А-а-а!!! Сука! Ты мне руку сломала, тварь!!!

Настя, продолжая крепко удерживать его выкрученную руку и при этом сильно надавила коленкой ему на поясницу, отчего тот развопился еще истошнее.

Приятель неудавшегося ухажера уже соскочил со своего сиденья и двинулся было сюда, но Настя быстро повернула голову в его сторону и указала на него пальцем:

- Даже не думай об этом! – сказала она все тем же холодным, лишь чуть более напряженным голосом. – Или ты тоже любишь боль?

Тот в нерешительности остановился, а Настя снова повернулась к своему противнику, или, лучше сказать, к жертве:

- Что ты стонешь, как девчонка? – спросила она, театрально удивившись.

– У тебя в теле больше двухсот костей. Я сломала всего одну.

- Ты… Ты… – доносилось откуда-то с пола. – Ты хоть знаешь, что тебе…

- Что? – с интересом спросила она. – Ну что мне?.. – она отпустила его руку и добавила, выпрямляясь: – Пойди, поплачься кому-нибудь! Только исчезни с моих глаз!

Эти двое очень быстро куда-то испарились, благоразумно последовав Настиному совету. А она, проводив их взглядом, подошла ко мне и взглянула сверху вниз.