8 дней, 9 ночей (СИ)

Повыше них башня продолжалась в виде нескольких соединенных неоновых экранов, которые ярко мерцали розовыми огнями во все стороны, и на которые каким-то образом транслировались силуэты этих самых девушек… Над секцией бара, видной нам от входа, на горизонтальном светодиодном экране в языках оранжевого пламени «тлело» колеблющееся изображение греческой буквы «».

Настя приостановилась, окинув взглядом зал. Я тоже замерла, совершенно остолбенев и рассматривая все это вокруг себя с немым удивлением и недоумением, не понимая, где и как могли спланировать подобное место со всеми этими конструкциями, акустикой и прочими спецэффектами! На ум пришел лишь Булгаков с его балом у сатаны и всякими там пятыми измерениями… Я подняла голову – сверху что-то нависало, и это отнюдь не было потолком.

Зал, похоже имел второй, верхний уровень, будто обширным кольцевым балконом опоясывающий все это немаленькое помещение.

Ну ничего же себе! И правда, будто жерло вулкана… Лифт точно поднимался наверх?.. Все вокруг было залито красновато-розовым светом, неоновые ленты на стенах, играющие оранжевыми и желтыми языками пламени, светильники над нишами и возле бара, имитирующее объятые огнем факелы… Где же предупреждение для эпилептиков?! Может висело еще при въезде на парковку?

Пораженная увиденным, я позабыла обо всем.

И о своем откровенном наряде, и о беспокойных шариках внутри меня и том, что я безвольная, скованная по рукам и ногам пленница, которую Настя держит на крепком поводке.

Кошмар какой-то! Мне такое даже не приснилось бы никогда!

Настя сделала мне знак следовать за ней, но, видя, что я нахожусь, мягко говоря, в легком шоке, потянула меня за поводок.

Лишь тогда я немного очнулась и, ступая с осторожностью, чтобы сохранять равновесие, пошла за ней, стараясь не отставать.

Слабость в ногах и головокружение заставляли меня контролировать каждый свой шаг, а гул акустики и мерцающий свет совсем поглотили мое сознание, и я с трудом могла сконцентрировать внимание на чем-либо. Сердце колотилось все сильнее, и я ощущала, что мне становится душно и жарко, что щеки и уши у меня стыдливо пылают, а в глазах, вероятно, лишь полнейшая растерянность и страх.

Когда мы обходили бар по левой стороне, я все же сумела пересилить себя и немного приглядеться к посетителям этого клуба. И убедилась, что Настя была права – разглядеть кого-нибудь среди них в более или менее привычном, повседневном обличии почти не удалось. Более того – многие здесь попросту пренебрегали ношением хотя бы чего-то, что можно было бы считать одеждой! И это касалось не только стройных танцовщиц и официанток.