Ад, или Александр Данилов (СИ)

Ведь не спрятали бы от него тогда Дину, не разлучили бы их — прожил бы он с ней всю свою жизнь и наверняка счастливо бы прожил. Дочь бы вместе вырастили, сына родили, и Катя его теперь папой бы называла. Любила бы его, наверно. А сейчас она лишь поручение матери выполняет и никаких добрых чувств к нему не испытывает.

Интересно, а Серёжка его любит? Так хочется, чтоб чувства какие-то у сына к отцу были. Взрослый же парень почти… Отогнал непрошенные мысли, услышав голос дочери.

— Александр Дмитриевич, вы с кем живёте?

— С мамой, как бы парадоксально это не звучало. Так сложились обстоятельства.

— Понятно, — лаконично ответила Катя.

— Кать, ты бы меня называла как-то иначе, мы не чужие, а ты ко мне по имени-отчеству и на «вы».

Он спиной почувствовал, как она выпустила незримые иголки.

— Слух режет? — В голосе звучали холод и обида. — А как мне вас называть? Дядя Саша? Так вы мне не дядя вовсе, а зваться отцом вы не заслужили. Да и благодарить за подаренную жизнь мне вас не хочется.

— Может быть, ты и права, Катя, но колючки зря выпустила, не такой уж я плохой человек, как тебе кажется.

— Время покажет, а если вы согласитесь с маминым предложением, то оно нас надолго свяжет. Придётся смириться нам друг с другом. Но ради благого дела я на это соглашусь. Да и вообще, если мама с вами хоть день будет счастлива, я многое прощу.

Сказала и замолчала. А Данилов думал о превратностях судьбы, о том, что завтра он встретится с Диной, и большего желать не приходится. Он не догадывался, какие проблемы навалились на Дину, но был уверен, что сделает для неё всё.

Как только припарковал машину и помог Кате выбраться, предупредил, чтоб на бабушку внимания не обращала и не слушала её. В добросердечности матери он уверен не был.

Всё случилось именно так, как он и предполагал. Мать открыла дверь, оглядела Катю, потом подняла глаза на Данилова и жёстко проговорила:

— Это то, что я думаю? Кто её мать? Когда ты успел, Саша? У меня просто нет слов.

— Да, мама, это моя дочь — Катя.

Данилов произнёс это, глянул в полные праведного гнева глаза матери и вдруг понял, насколько сильно устал. От всего: от бесконечной гонки на работе, от неудовлетворённости, от безденежья, от невозможности устроить свою судьбу и жить, как хочется, от того, что обязан всем и вся, и вечно виноват, тоже перед всеми.

Мать отступила, давая им пройти.

— У нас ужин есть, или мне организовать доставку? — спросил он.

— Есть, я щи варила, пирог с мясом пекла.

Она прошла на кухню и загремела посудой.

Говорить о чём-либо с Катей в присутствии матери Данилов посчитал глупостью. Ничего, успеется завтра, дорога предстоит им длинная и займёт как минимум пару часов. Вот тогда он успеет расспросить Катю о проблемах Дины.

Естественно, ничего не получилось так как он хотел.