И один в тайге воин

Дойдя до околицы, Мишка спустился к самой кромке воды, которую уже можно было заметить под толщей подтаявшего льда и, привалившись плечом к старой иве, тяжело вздохнул. Как ни пытался он выяснить у пленного, которого взял при нападении, кто именно привёз им заказ, так ничего и не вышло. К огорчению парня, это был один из исполнителей. Договаривался с заказчиком и получал инструкции другой человек.

Конечно, можно было бы попробовать потрясти обитателей угольного луга, но без поддержки контрразведки слишком рискованно. Там командовал ротмистр конвойной роты, у которого на Мишку давно уже клык, как у вампира, вырос.

Влажный хруст талого снега вырвал Мишку из размышлений. Оглянувшись, он увидел осторожно спускающуюся к реке жену. Оторвавшись от дерева, он протянул руки и, подхватив её, поставил рядом.

— Ты как меня нашла? — спросил парень, заглядывая ей в глаза.

— Ты всегда сюда приходишь, когда задумаешься, — лукаво улыбнулась Настя.

— Как там Глафира? Шибко обиделась?

— Она не столько обиделась, сколько испугалась, — удручённо вздохнула девушка. — Ты ж никогда раньше на неё голоса не повышал. А тут орал так, что, думала, тарелки на полках потрескаются. Перепугал нас до дрожи. Что такого случилось, Мишенька, что ты вдруг взбесился?

— Сказал же, сам ещё толком ничего не знаю, — снова начал заводиться Мишка. — Понял только, что это может для вас опасным быть.

— А может и не быть, — легкомысленно отмахнулась Настя. — Ну сам подумай, Миша.

— Нахваталась словечек, казачка, — не удержавшись, усмехнулся Мишка, прижимая к себе жену.

— Так ведь правда это, — упрямо гнула своё Настя, не обращая внимания на то, что голос её было еле слышно. Ведь девушка уткнулась носом в его полушубок.

— Настя, милая, богом прошу, ну сделайте вы обе так, как сказал, — устало попросил Мишка. — Неужто не понятно, что, ежели кого из вас на ту сторону уведут, я просто вынужден буду следом идти.

"— Не ходи, — вздрогнув всем телом, прошептала Настя, вскинув лицо. — Ведь пока ты жив, и мы живём. А тебя не станет, и мы все пропадём.

— А как жить потом? Как в глаза людям, да что людям, как близким в глаза после того смотреть? Я ж мужик, Настя, а не тля подзаборная.

— Прости, Мишенька, дуру бабу, — всхлипнула Настя. — Пойдём домой. Холодно ещё.

Кивнув, Мишка легко вытянул жену на дорогу и, обняв, повёл к дому. Легкий ветерок и вправду был холодным.