И один в тайге воин

— Я ему такую сопроводительную бумагу накатаю, что его, кроме как в караульной роте, нигде держать не станут.

— Ну, если только так, — усмехнулся в ответ полковник.

* * *Сверло медленно вгрызалось в латунный пруток, отбрасывая блестящие завитки металла. Выбрав всю отмеренную часть, Мишка отодвинул подачу и, отключив станок, взялся за самодельный штангенциркуль. Измерительные приборы этого времени вгоняли его в приступы неконтролируемой агрессии, но за неимением гербовой приходилось писать на туалетной. Убедившись, что нужный размер выдержан, он отметил глубину сверловки снаружи и, снова запустив станок, подогнал к прутку резец.

Теперь сменить сверло и пробить отверстие под капсюль. Дальше отрезать получившуюся деталь и снова промерить уже готовую гильзу. Да-да, именно гильзу. Отливать их в кузнице они просто не рискнули, а вот так, на станке, при помощи лома, кувалды и какой-то матери, пусть долго и нудно, но получается. Сколько заготовок он запорол, просаживая нужный диаметр, лучше и не вспоминать. Счастье ещё, что Елисей умел плавить не только чугун, но и сталь, и латунь, и медь, и некоторые другие сплавы.

Так что потери в металле были не большие. Как это ни странно, но больше всего терялось в момент доводки и шлифовки гильз. Ведь эти действия проводились с помощью абразива и, как следствие, всё снятое уходило в корзину. Убедившись, что всё получилось и даже калибр удалось выдержать, Мишка устало усмехнулся и, обернувшись к кузнецу, радостно сообщил:

— Всё, Елисей, сотая готова.

— Сотню гильз неделю точить. Это ж умом тронуться можно, — качнул головой кузнец.

— А что делать, ежели у нас тут по-другому не получится? — развёл парень руками.

— Так и пользовался бы обычными, — отмахнулся кузнец. — А то затеял бог знает что. И пуля у тебя особая будет, и гильза хитрая.

— Зато и стрелять будет удобнее. А главное, кучность будет гораздо выше, — не остался в долгу Мишка.

— Ну, тебе виднее, — вздохнул кузнец, сдаваясь. — Вот только объясни мне, зачем тебе пуля с медным пояском?

— Так говорил же. Тогда на нарезах в стволе меньше свинца оставаться будет. И ежели с навеской пороха ошибёшься, её с нарезов не сорвёт.

— Слышал, — степенно кивнул Елисей.

— Так это дома так можно. А в поле? А после боя, к примеру? — не сдавался Мишка.

— Ну, разве что, — снова вздохнул кузнец.

— Я не пойму, тебе станка жалко, что ли? — не удержавшись, возмутился парень.

— Да ты думай, что говоришь-то, — тут же вскипел кузнец. — Мне времени твоего жалко, а не станка.

— Так говорили же уже об этом.