Я же бать, или Как найти мать

— Вот это что вообще значит?

— Ничего, — проведя по моей щеке ладонью, произносит Таня. — У меня просьба.

— У меня все есть с собой, в костюме Деда Мороза.

— Вообще-то я хотела попросить тебя… ну, чтобы Тимы не было в комнате.

— Господи, — выдыхаю я, уткнувшись в Танину шею. Черт, опять этот сводящий меня запах. — Тима! Бегом к Маше.

— Он не хочет, да?

— Захочет, — вскакиваю с кровати и подхожу к собаке. Хватаю Тиму за ошейник и буквально эвакуирую из комнаты.

— Я тебя очень люблю, но это мой сольный концерт, давай на выход, дружочек. Прости. Завтра я тебе все компенсирую, — закрываю дверь и подхожу к кровати, где Таня почти заливается смехом.

Ну смейся, пока смешно. Убираю корзину с цветами и сажусь рядом с Таней. Хотя надо признать, мне самому смешно, только не от Тимы, а от Таниного вида. И нет, она по-прежнему красива, в особенности сейчас, когда ее волосы разметались по подушке. Вид просто крышесносный. Улыбку вызывает Танина поза, потому что лежит она просто как… труп. Сложила руки на груди, как покойница и ждет, когда же захлопнут крышку гроба.

— Тань, ты это специально?

— Что?

— Ничего.

Разрываю ее сцепленные руки и беру одну ладонь в свою руку.

Не знаю, кой черт меня дернул, но я прикасаюсь губами к ее руке. Совершенно не характерные для меня вещи-целовать чьи-то руки. И мне это, черт возьми, нравится, в особенности реакция Тани на этот незначительный с виду жест. А когда она в ответ касается моей щеки своей ладошкой, я начинаю самым настоящим образом плыть. Наверное, я все же влюбился. Кажется, это было моей последней мыслью перед тем, как в очередной раз я примкнул к Таниным губам.

* * *

Когда я последний раз засыпал не один, а в объятьях с женщиной? Хотелось бы сказать давно, да вот только я не помню, когда вообще было это «давно».

Сейчас, лежа на кровати и разглядывая потолок, понимаю, что мне просто хорошо. Даже банальное слово «хорошо» тоже давно не присутствовало в моей жизни. Разве что работа. Но радость от очередного проекта давно позабыта, это все уже вошло в привычку. Просто приятно потешить свое самолюбие, что я не только еще на плаву, но и в лидерах. А сейчас совершенно другое чувство. И вроде конкуренции ни с кем нет, а чертовски приятно. Таня водит пальцем по моей щеке, переходит на губы, а я ловлю себя на том, что подавляю в себе улыбку. Не хватает еще дать ей в руки все карты, в конец обнаглеет, она и так поняла, что я поплыл. Какой бы еще дурак надевал костюм Деда Мороза?

— Паш, а где ты был прошлой ночью?

— С педиатром по имени, Оленька, — Таня тут же перестает меня гладить и убирает свою руку. — Ой, да я пошутил. С ней мы случайно встретились в баре. Врачи оказывается тоже люди. Поговорили с ней о жизни непростой и на этом все. Поехал к Решетникову.

— Это кто?

— Ну Толик. Ты его здесь видела.