Я же бать, или Как найти мать

— Покорми рыбешку комаром из своей зубной щели, великовозрастный придурок, — отталкивает меня со всей силы и выходит из воды, демонстрируя прекрасную попу, облаченную в синие плавки.

Ну я и вправду придурок, с этим сложно не согласиться. Только от чего-то мне все равно хорошо. Не иначе как в воде нечисти нахлебался. Таня выжимает свои длиннющие волосы и тут же накидывает на мокрое тело платье. Вот же зараза такая, чего ж так быстро?

— Вылезай из воды, живо. Ты и так заболеешь, может хоть не так сильно.

— Не каркай, иначе кину в воду прямо в платье.

— Вышел из воды, живо, — гаркнула Таня.

— Ты мне сейчас напомнила страшную девочку с длинными мокрыми черными волосами из фильма ужасов.

Вместо того, чтобы что-либо ответить, Таня молча развернулась и быстро собрав все вещи, положила их вниз коляски. И более не оборачиваясь на меня, покатила коляску, держа в руках босоножки, топая босыми ногами в сторону дома.

Догнал я ее почти сразу, благо почесала она не так быстро. Поравнялся с ней, и молча пошел в плавках, с вещами в руках.

— Прикрой свое опахало. И вообще оденься, так непринято ходить в деревнях.

— А что так? Злые духи меня сожрут?

— Не шути так, — вполне серьезно произносит она, и более ничего не говоря, продолжает тихо идти вперед.

* * *

Не знаю, что вдруг так вывело Таню из себя, но она стала совершенно другой: угрюмой и совсем не словоохотливой. И вот тут я понял, что мне это не нравится, причем абсолютно. Оставил их с Машей одних и пошел бродить по деревне. Все-таки моя цель в этом месте отнюдь не завалить Таню на диван и предаться постельным утехам, а узнать, где сбежавшая мамаша. Идти к труперде и ее глухой матери не было никакого желания.

Так и бродил по деревне, пока не встретил на улице местного деда. Тот мне и поведал, что молодежи здесь не было уже как лет тридцать, да и рожать тут никто не рожает. Все молодые давным-давно сбежали и искать здесь кого-либо бесполезно. Исключение составляет дочь Ирины, только она и родила тут за последние тридцать лет. Вот так и отпала в моем поиске деревня под названием Лобок. Даже если предположить, что предполагаемая мать уехала отсюда, будучи ребенком, то тоже не сходится, не было по словам деда здесь детей и молодежи. И почему-то его словам я верю.

Может у той девки вообще был левый паспорт, другого на ум ничего не приходит, ибо смысла в том, что Елена соврала, я не вижу. Я бы и так ей заплатил, даже за отсутствие информации. Вот теперь и у меня настроение слетело не пойми куда. С таким успехом я никогда ее не найду. Зашел в дом, где на меня тут же налетела Таня.

— Ой, прости. Там борщ готов, наливать?

— Борщ… Шикарно. Наливай, конечно.

Сажусь за стол и наблюдаю за тем, как Таня разливает по тарелкам первое.