Я еще князь. Книга XX

Становилось все теснее.

— Ну ты, мартышка, даешь… — произнесла Лора. — У тебя сложная душа. Ты, оказывается, был сильным парнем!"

"Уж не знаю, сколько прошло времени, тут оно летит незаметно и бесконечно, так что открыв глаза, я обнаружил, что на стуле, в котором меня встретил старик-монах, сидел Чан. Потрепанный, с подтеками, но вполне живой. Он даже улыбнулся, когда я открыл глаза.

— Доброе утро, спящая красавица! — ухмыльнулся он. — Я, конечно, не Лора, и даже не знаю, кто это, но рад, что она была в твоих сновидениях.

— Что? Откуда ты узнал? — резко сел я, пытаясь понять, где я прокололся.

— Пока лежал тюленем, ты бормотал. «Лора, мы справимся! Лора, давай сильнее! Больше!» Хех, даже позавидовал твоему сну.

— Упс, — только и сказала Лора.

— Мы потом с тобой поговорим, — угрожающе сказал я ей и встал на ноги.

Монаха мы посадили в кресло. Осталось немного времени перед тем, как его привести в чувства. Но сейчас у меня было еще одно дело.

— Ну что? Узнал, что тут было? — спросил Чан.

— Вполне, — я посмотрел на пещеру, где должен был находиться Болванчик и царь обезьян. — Подожди меня тут, я сейчас.

Зайдя в пещеру, увидел побитое тело Сунь Укуна. Он облокотился на стену, а на коленях у него лежал посох. Я и забыл, что в реальном мире он трехметровая обезьяна в доспехах.

— Ну как, пришел в себя? — я присел рядом, и Болванчик вернулся на свое любимое место. — Ничего не сломано?

— Кто это существо? — тяжело дыша, Укун ткнул пальцем в Болванчика.

— Мой питомец, — спокойно сказал я, прикоснувшись к его руке. Лора быстро просканировала его тело. Никаких переломов и ран, кроме душевных, на нем не было.

Ну еще и доспехи все в мелких вмятинах. Мой маленький забияка постарался на славу.

Сейчас его душевное состояние сильно подорвано. У него было внутреннее хранилище, и оно оказалось куда больше, чем у монаха. Может, поэтому ему и удавалось сдерживать хаос. Но пока оно нестабильно. Словно трясущийся стакан с водой. Надо просто немного времени, чтобы раны зажили.

— Идти можешь? — я протянул руку.

— Я не настолько беспомощен, — ухмыльнулся он и, облокотившись на посох, как на трость, встал на ноги.

— Тогда пошли. Будем совершать мстю, — махнул ему рукой и пошел наружу.

Чан удивился. Еще бы. Когда еще увидишь настоящего царя обезьян?

— Простите… — произнес он. — Но я ваш фанат!

— Правда? Вот уж не думал, что у меня будут фанаты, — улыбнулся Сунь Укун.

— Могу я попросить вас… — он неловко похлопал себя по карманам. — Я даже не знаю, что попросить.

Трехметровое божество первым подошло к Чану и пожало ему руку. После чего мой напарник засиял, как будто выиграл джекпот.

— Я не буду мыть эту руку никогда! — серьезно заявил он.

Мне даже стало страшно за него. Как бы он не поехал головой, от такого.