Яромира. Украденная княжна

На ходу соскочив с коня, мужчина мчался к берегу сломя голову, словно у него под ногами горела земля. Следом за ним, чуть поотстав, бежал мальчишка, похожий на отца как две капли воды.

— Батюшка! — дроттнинг не могла ступить и шага. Застыла на месте, потому что ноги больше не держали, и лишь вскинула руки.

— Яромира! — высокий мужчина подхватил ее, словно пушинку, прижал к себе, как самое величайшее сокровище, укрыл своим плащом и закружил по берегу.

Подскочивший к ним мальчишка поднырнул отцу под руку, и вскоре до ушей Харальда донесся надрывный, но счастливый девичий плач.

Кметь с косой V

Князь Ярослав запаздывал. Уже больше, чем на седмицу.

Давно собралось войско, числом превосходящее то, с которым много зим назад ходили они бить хазар. Под руку воеводы Буривоя прибыли кмети черноводского князя; Ждан Некрасович привел своих людей; сколько сдюжили, столько и пришло в ополчение из Велеградского княжества. Были среди них и погорельцы, пришедшие в ладожский терем искать крова и защиты. Не смогли остаться в стороне старики, чья рука была еще крепка, да юноши, жаждавшие отомстить Рюрику за то, что сотворили его воины с их домом.

Отомстить за пожженные избы, за убитые семьи.

Чеслава дивилась про себя и вспомнила вече. Тогда она отчаялась и едва не утратила веру в своего князя. Ведь по первости казалось, что на его призыв выставить против Рюрика единую рать не откликнулся никто. Но тогда — слава всем Богам — она ошиблась. Нынче она видела, что ратников собралось больше, чем они ждали. Больше, чем рассчитывал Ярослав Мстиславич.

Только вон сам он куда-то запропастился. А чем больше людей, тем больше бродит и недовольства.

Особенно когда нужно ждать, бесцельно и бездельно, да стоять на одном месте. Да не просто чего-то ждать, а князя, который должен возглавить войско. Князя, отправившегося на встречу, от которой его все отговаривали.

Князя, который мог угодить в ловушку.

И никогда уже не вернуться.

Такие разговоры слышала Чеслава, когда бродила по огромному лагерю. Такие слухи пересказывал ей Вячко, каждый вечер приходя к костру, возле которого она сидела. Такой страх воительница видела в глазах воеводы Будимира.

Помимо, люди роптали на скудность снеди и на холод, сжимавший сердца костлявой рукой.

На ветра, пробиравшиеся сквозь одежду, слой за слоем. На мерзлую землю, которая к позднему рассвету покрывалась тонкой, хрустящей коркой льда. Не нехватку воды. На скуку и усталость.

И не станешь же каждому рот затыкать! Да с каждым спорить. Сил столько не напастись, чтобы растолковать, успокоить, выслушать.

— Зря князь нас, верных людей, не послушал, — даже воевода Будимир ворчал, устав сдерживаться. — И мы зря его отпустили. Должны были отговорить.