Без подводных камней

Валерия Михайловна пробовала договориться, но руководитель лаборатории категорически отказался подпускать какого-то сопляка к дефицитному оборудованию.

Производство препарата пришлось прекратить, Валерия села писать статьи, а Тимур послушал совета старших товарищей и занялся нормальными темами по плану работы лаборатории, а не всяким мракобесием и «дедулькиным бредом».

В общем, он был рад такому повороту событий. Валерия вывела его в люди, и спасибо, а вечно быть ее оруженосцем он не собирался.

В конце апреля ему вдруг позвонил человек с сильным акцентом и, представившись сотрудником одного известного университета, предложил обсудить возможность совместной работы.

Изначально он звонил Павлову, но когда ему сказали, что тот умер, попросил переадресовать на второго соавтора из Института цитологии.

Тимур чуть не скончался от счастья и волнения. Когда-то Валерия Михайловна спрашивала, включать ли его в соавторы статьи, которую она хочет отправить за рубеж неофициально, через мужа, не боится ли он? Тимур секунду колебался, а потом все-таки решил рискнуть. И, как выяснилось, не прогадал.

Он предложил перейти на английский, который прекрасно знал, собеседник согласился с большим облегчением и попросил Тимура добыть свидетельство о смерти Павлова, а также связаться с Валерией Гаккель.

Он сам звонил в мединститут, разыскивал ее, но ему там ответили, что Гаккель, во-первых, мужчина, а во-вторых, хирург, между тем точно известно, что это женщина, потому что писатель, принесший им статью, аттестовал ее как работу жены одного русского драматурга. Возникло какое-то недоразумение, наверное, дама сменила работу, и он очень просит Тимура разыскать ее.

Тимур понял, что очередную ложку сейчас пронесут мимо его рта. Как только недоразумение устранится, о нем тут же забудут. Немедленно. Он знал Валерию Михайловну как порядочную тетку, которая включила его в соавторы статьи, хоть он выполнял только техническую работу, но легко быть честным, когда денег все равно нет.

В списке авторов никому не нужной статьи можно чуть-чуть потесниться, но когда вопрос стоит о работе в настоящем американском университете, где платят настоящие деньги и вообще настоящая жизнь… Естественно, он тут же будет забыт и задвинут.

Будь статья официально опубликована, то он мог бы претендовать на то, чтобы разделить с Валерией будущий патент, а простой машинописный текст, нигде официально не заверенный, ничего не значит. Прибыв в Штаты, Валерия немедленно выкинет его в мусорное ведро и станет единоличной изобретательницей вакцины. Ни о Павлове, ни о нем самом никто даже не вспомнит.

Тимур до дрожи в коленях чувствовал, что надо куда-то бежать и что-то делать, лишь бы только не упустить свой шанс.