Бить нужно смело

 – Жаль, отец не догадался, кто перед ним, и не захотел договориться. Багдасаров ушёл, а тем же вечером прямо в офис явился мясник.

Оценив отсутствующую реакцию и выдержку, мужчина въедливо прищурился.

– Твой дружок пришёл снова сразу после похорон, но теперь предложил сущие копейки. Я отказался от претензий за жалкие пять сотен, хотя земля, которую отец отдал на калым, стоила несколько лямов зеленью. Зачем-то ты ему нужна. А впрочем, такие люди могут себе позволить не объясняться в подобных желаниях. Сейчас ты наверняка задаёшься вопросом, зачем я всё это рассказываю…

Он улыбался, и в этом было что-то безумное. Нужно было уходить, но Влада растерялась. Всё правильно: доверие убивает волю…

– Когда будешь сосать ему, помни: шлюхи за ночь берут и того дороже!

Мужчина зло рассмеялся ей в лицо. Продолжил смеяться и когда Влада уходила. Всё оказалось до банального просто. Вокруг крутые мужики, а она одна дура! Дура, стоимостью в пять сотен!

Влада могла обижаться, могла заламывать руки, могла злиться и пообещать себе, что уничтожит обидчика. Она могла делать всё это, но выбрала откровенный разговор. Прямо сейчас. Жаль, в жёстком графике делового человека время для выяснения отношений не предусмотрено. Искать Багдасарова дома было бессмысленно, секретарь по телефону пнула Владу чередой жутко вежливых фраз, а личный номер крутого столичного бизнесмена оказался недоступен. Но пасовать – это для слабаков, и потому Влада уже который час осаждала просторный холл бизнес-центра.

Охранник трижды сделал Владе предупреждение, чтобы не мелькала и не мешала большим людям величественно шествовать к «тронным залам». Она мысленно пожелала перцу в жутко узком костюме провалиться, долбила мыском кроссовка блестящую колонну и чувствовала, как внутри всё сжимается в тугую спираль.

Время шло, накручивать себя выходило непроизвольно, но напряжение всё равно возросло в разы, когда машина Багдасарова показалась в зоне видимости. Он направился к входу в офис, а её сердце застучало как у кролика. Все слова вдруг потерялись, осталась только претензия. Но эта претензия была до того жгучая, что буквально толкнула в спину, когда мужчина пересёк порог.

– Юра? – обозвалась Влада, призывая к вниманию.

На возглас обернулись, казалось, все присутствующие, но только не Багдасаров. Понятно, что в этих стенах так обратиться к нему просто не могли. Крутые секьюрити, и те, будто съёжились и уменьшились в росте, так старательно прогибались под большого человека. Он двигался уверенно и стремительно, перебрасывался короткими фразами со своим спутником, что нервно одёргивал галстук.

– Багдасаров! – рыкнула Влада, понимая, что может не успеть, и вот тогда он сбавил ход, глянул по сторонам.

Юра чуть приподнял брови.