Ближний Круг

 — Изменится, обещаю. Ты ещё будешь танцевать на балу.

— Господи, Костя… — в глазах Нины заблестели слёзы. — Ты просто не знаешь! Или не представляешь себе, насколько наше положение… печально.

— Представляю. — Я привлек её к себе. — Потому и обещаю, что всё изменится.

Нина прижалась лицом к моей груди. Пробормотала:

— Как же ты повзрослел… И как же я хочу тебе верить.

— Ты желаешь стать похожим на кого-то знаменитого?

К моему приходу Надя подготовилась. Разложила на столике, стоящем возле дивана, яркие журналы, открытые на нужных страницах. Со страниц на меня смотрели глянцевые красавцы всех мастей.

— На всякий случай, напоминаю: достичь идеального сходства не удастся. А кроме того, любой хоть сколь-нибудь сильный маг мгновенно догадается, что ты в маске. — Надя вздохнула. — Я пока не умею прятать следы воздействия.

— И не надо, — решил я. — Мне не нужна чужая личина.

— Маска. Просто гладкая белая маска, которая скроет мою внешность.

— Да ну… Так неинтересно.

— Зато действенно. — Я подошёл к ней. — Что нужно сделать для того, чтобы ты приступила к работе?

— Перестать на меня ворчать! — огрызнулась Надя. Указала на диван. — Садись сюда.

Я присел. Она села рядом со мной.

— Закрой глаза. Больно не будет, не бойся.

Мне удалось сдержать смешок. Интересно, что бы она сказала, узнав, что мне иной раз наживую прижигали и штопали раны?..

Я закрыл глаза. Вскоре лица коснулась тёплая волна — которая постепенно становилась всё горячее.

— Я не обожгу, — пообещала Надя. — Точно хочешь просто белую маску? Пока ещё не поздно передумать.

— Ну что ж, воля твоя… Всё, открывай глаза.

Горячая волна отхлынула. Я открыл глаза.

Надя взяла меня за руку и подвела к большому зеркалу, висящему на стене. Перед зеркалом стоял столик, на котором были разложены серьги, колечки, бусы и прочая дребедень.

— Ужас! — глядя в зеркало, прокомментировал Надя. — Как я и предупреждала.

Моё лицо будто превратилось в гипсовую маску. Белую, безликую и гладкую — если не считать глубоких провалов глаз.

Я приблизил лицо к зеркалу. Левый глаз по-прежнему остался голубым, правый — чёрным. Я вопросительно посмотрел на Надю. Та развела руками.

— С глазами ничего не могу сделать. С этим не справился бы даже более серьёзный маг. Нашу фамильную примету так просто не скроешь.

— Ладно, — решил я. — Сойдёт.

— Постой! — Надя кинулась ко мне. — Так… ну, вообще некрасиво! Неэффектно. Сейчас.

Она вновь поднесла ладони к моему лицу. Щекам на мгновение стало жарко. Когда я вновь повернулся к зеркалу, увидел, что щёки расчертили две черные молнии.

— Ну, вот, — удовлетворенно сказала Надя. — Другое дело!

Спорить я не стал. Поблагодарил её, повторил, что взять с собой совершенно точно не могу, и вышел.