Божественный уровень

«Не вздыхай! Ты меня вообще Шизофренией зовешь, и ничего!»

«Скажи, как тебя на самом деле зовут, и буду звать именно так».

«Ты дал мне имя… другого не будет».

«Вот ведь… – сплюнул я в мыслях раздосадованно. – А переименовать никак нельзя? А то действительно как-то оно…»

«Нет. Да и зачем? Если абстрагироваться от того, что это имя есть название психической болезни, то оно по-своему красивое – Шизофрения».

«Хм, ну да, как минимум оригинально… А без таких реалистично ярких сновидений никак нельзя было? Как я понял, ты могла и без этого кино в стиле ХХХ обойтись».

«Могла, – не стала отрицать Шиза. – Мне всего-то и требовалось взять кусочек твоей души… типа семенной материал, хи-хи. А с другой стороны, почему бы и нет? Так гораздо символичнее получилось. Или тебе не понравилось?!»

Мн-да… Что тут можно сказать?

«Понравилось, конечно…»

«Вот и молчи, сойдешь за умного».

«Молчу-молчу. А почему именно образ ангела?»

«А кого бы ты хотел увидеть?»

«Может, кентавриху?!»

«К черту! – воскликнул я. – Только этого мне не хватало!»

«Вот и я не знаю! – сказала она, отсмеявшись.

 – А потом, почему бы и нет? Пошарилась в твоих воспоминаниях и выбрала оригинальный образ, который в какой-то мере отражает мою суть, ты сам отметил про ангела-хранителя. Опять же некоторая преемственность от фениксов – крылатое существо. Когда воплощусь физически, буду иметь возможность летать, как птица».

«Понятно. А когда воплощаться в реальности собираешься?»

«Хм… это что же получается, с твоим физическим воплощением новая раса появится?!» – осенило меня догадкой.

Это действительно было несколько неожиданно. Но чего только не бывает в МММ? В МММ возможно все, в том числе и невозможное!

– Сегодня вечером собираем семейный совет. Две головы, даже три… разума – хорошо, а двенадцать – лучше! – сказал я, чтобы хоть что-то сказать и оборвать повисшую паузу.

– Я оповещу, – кивнула вампиресса.

– Что скажешь на это? – спросил я, кивая в сторону пергаментного свитка, и отпил любимого розового вина с эльфийских виноградников по сто золотых за бутылку, предусмотрительно налитого в серебряный кубок гномьей работы с мифриловым орнаментом, зачарованным на выявление ядов.

Свиток лежал на небольшом столике рядом с вазой для фруктов и бутылкой вина.

Столик располагался между двумя креслами возле камина. В одном из кресел сидел я, в другом, напротив, мой старый приятель, он же моя тень, а также руки, глаза и уши, грозный глава церковной разведки Ломанг Югор, с помощью которого я вот уже больше ста лет являюсь бессменным главой церкви Великого Трасскора.